Заколдованный круг

– Смысла спешить у Вас, может быть, и нет, но Вы могли бы уважить чужое время.

– Простите, – повторила она немного слабым голосом. Женщина не ответила.

– Итак… – тихо сказала наконец она после долгой паузы, пробегаясь глазами по исписанному листу. – Вы, кажется, хотели быть богатой?

– Всё верно.

– Дом у моря?

– Двухэтажный, с окнами в пол.

– Потом ещё Вы хотели собаку, если я не ошибаюсь?

– Да, огромного чёрного кане-корсо.

– Прекрасно… – пробормотала с едва заметной усмешкой в глазах женщина и перевернула лист.

– Да, но я тут подумала, что лучше чёрного мейн-куна. Можно заменить?

Женщина равнодушно пожала плечами, что-то зачеркнула и подписала новое.

– Надеюсь, Ваш мейн-кун поладит с кане-корсо, – насмешливо заметила женщина, вчитываясь в свой мелкий каллиграфический почерк. – Потом Вы хотели машину с личным водителем…

– Лучше на автопилоте, – перебила она. Женщина внесла правки.

– Ещё Вы хотели в совершенстве знать французский…

– И немецкий.

– Скажите, а зачем Вам знать французский и немецкий? – не удержалась от вопроса женщина и глянула на неё поверх очков. – Зачем Вам вообще знать какой-либо язык, кроме Вашего родного, если Вы ни на каком другом не говорите?

Она не нашлась, что ответить, только слабо пожала плечами.

– Не знаете? – презрительно скривилась женщина, но всё же подписала что-то в лист. – Ещё Вы хотели быть известной, я права?

– Не просто известной, а… – она замялась и потупила глаза под строгим взглядом женщины.

– Вы не перестаёте меня поражать, мисс, – усмехнулась женщина, сверкая глазами из-под линз очков, как жемчужинами. – Ну хорошо, пусть будет популярность…

Глубоководный удильщик вдруг шевельнулся, перевёл взгляд белых слепых глаз с женщины на неё и приоткрыл рот с длинными, узкими, острыми зубами.

– Ваше время истекло, – глухо сказал он куда-то в её сторону. Смотреть на него было неприятно. – Кончайте разговоры.

Она робко взглянула на женщину.

– Вон отсюда, – процедила та ледяным тоном сквозь зубы.

– Но куда мне?..

– Пошла. Вон. Отсюда, – женщина вдруг вскинулась и зашипела, словно кобра, раздувшая свой капюшон, но тут же осела, успокоившись.

Не произнеся больше ни слова, она с силой оттолкнулась ногами от стола, словно хотела пнуть его, взмахнула руками, перевернулась на живот и поплыла прочь. Поток воды подхватил её и понёс к поверхности.