Фристайл. Сборник повестей

Прекратилось финансирование, фундаментальная наука оказалась на задворках новой жизни. Зарплата не выплачивалась месяцами. Большая часть прежде преуспевавших отделов прекратила существование. С распадом СССР Средняя Азия и Закавказье стали заграницей, закрылись филиалы и опорные пункты по всей России.

Сакен после похорон своего шефа исчез и больше никогда не появлялся в доме у Соколовых.

Кондаков успел защитить докторскую диссертацию и успешно руководит кафедрой в Технологическом институте.

Сцилла и Харибда

Марина подняла голову и дерзко взглянула прямо в лицо хозяйке кабинета.

Перед ней сидела крупная дама с ярко выраженным чувством собственного достоинства на полном лоснящемся лице. Возраст её давно перевалил за пенсионный. Отёчные веки почти скрывали узкие глаза, смотревшие на девушку холодно и отчуждённо. С нескрываемым осуждением и даже с какой-то брезгливостью она произнесла.

– Какие вы все детдомовские…

И окинула её насмешливым оценивающим взглядом. Перед ней сидела взъерошенная, багровая от негодования наглая девчонка.

В дешёвеньких джинсах, разорванных по моде на коленях, в сверхкоротком топике, почти полностью обнажавшем впалый живот, и с высушенными перекисью бесцветными волосами. Абсолютно беспомощная девчонка, которая целиком зависела от её воли.

Марина переспросила неожиданно дерзко.

– Какие же мы, детдомовские?

– Настырные. Без комплексов. Все вам что-то должны, что-то обязаны… Квартиры вам подавай. Приучили вас в детдоме – на всё готовенькое.

Марина вспыхнула. Вскочила со старого скрипучего стула, единственного в этом кабинете, если не считать такого же полуразвалившегося кресла, на котором, однако, ответственная дама восседала важно, словно на троне. Со злостью рванула с пола новый разлапистый рюкзак и накинула его лямки на плечи.

– Значит, юрист, который встречался с нами – выпускниками детдома, врал и Вы не обязаны предоставить мне жильё? – В её голосе прозвучали угрожающие нотки. – Ну что же… Так и запишем! Будьте любезны, изобразите свой отказ на моём заявлении! – Она выхватила из кармана и со всего размаху шлёпнула на стол измятый листок бумаги, на котором было что-то написано крупным школьным почерком.

 – А я эту бумажку председателю муниципалитета отнесу. У него как раз приём в понедельник. Устраивает?

– Не хами, моя дорогая!

Нервы у Марины сдали, и голос её дрогнул.

– Это не я хамлю, а Вы!

– Ты мне ещё заплачь здесь!

– Чего? Да я, если хотите знать, никогда не плачу.