Разведённый эксперт по семейным отношениям. Роман не без юмора

Взять хотя бы мои бизнес-тренинги. По большому счёту, я ничему не учу, а просто имитирую процесс обучения. Честно говоря, многим из числа моих учеников-предпринимателей было бы гораздо полезнее сходить на семинар по бухучёту. Полистать налоговый и гражданский кодексы. Но никто не хочет напрягаться, думать – это слишком энергозатратно. Поэтому они делают вид, что учатся, а мы делаем вид, что учим. Всё по-честному.

Ближе к полуночи Сашка предложил ложиться спать и отправился чистить зубы в ванную.

– А где же твоя Ксеша? Вечерняя йога плавно перетекла в ночную? – крикнул я ему вслед.

– Да куда она денется! – беззаботно откликнулся Сашка.

Широко зевая, он вернулся на кухню. На плече – полосатое полотенце, глаза – красные от усталости и алкоголя.

– Ты её совсем не ревнуешь, что ли?

– По вторникам она после йоги ходит на собрания книжного клуба в антикафе. Это такое место, где ни еды, ни питья, одни только разговоры и поминутная оплата.

– Знаю. Я бывал в антикафе.

– Что ты там делал? – удивился Сашка.

– Разговаривал и платил.

– А-а, ясно, – кивнул Сашка. – В общем, они обсуждают литературные новинки. Не за горами осень, а значит скоро выйдет очередная книга Пелевина. Сам понимаешь, это событие радостное, хоть и предсказуемое. Литературный Новый год, можно сказать.

– Ты с Ксешей когда-нибудь там бывал? Или неуютно среди молодёжи?

– Один раз попробовал, но ушёл раньше. Не выдержал. Там люди свои стихи читают!

В школе стихи были ахиллесовой пятой Сашки – он не способен был выучить даже простейшее четверостишие.

Более того, он не мог присутствовать в том месте, где звучала лирика. Сашка старался любыми путями выйти из класса, если учительница литературы анонсировала поэтические чтения.

– Когда при мне кто-то декламирует, – продолжал Сашка, – мне до сих пор становится ужасно стыдно. Причём не за себя, а за говорящего.

– Я знаю о твоей рифмофобии с детства, но у меня выбора не было. Ты больше никому об этом не рассказывай! Держи своих демонов при себе.

Либо обратись к экзорцисту.

Сашка недоумённо пожал плечами:

– В безумном мире каждый имеет право на сумасшествие. Быть сейчас нормальным – вызывающе.

Вскоре он по-хозяйски скомандовал:

– Всё! Пора спать.

Мне выделили наверху комнату с отдельным санузлом. Знак особого расположения Сашки. Для меня загадка, почему возможность использовать персональный унитаз столь высоко ценится? Не в брезгливости же дело.