Однажды в Прибалтике. Книга шестая. Датские зарисовки

Летом мы всегда отправляли туда на каникулы подрастающего сынишку. Жена обожала копаться в земле и вскоре я приобрел дачный участок за городом. В отпуск ездили на Кавказ, отдыхали на Черном море. Казалось, так будет всегда, но… неожиданно жизнь совершила крутой оборот.

Предприятия, гремевшие когда-то на всю страну, обанкротились, народ массово кинулся кто куда. Сын уехал в Канаду, где обзавелся семьей. Тут и пенсия подоспела....

Мы с супругой ни в чем не нуждались, как многие наши знакомые, тем не менее, кое в чем урезали себя.

Сын, хорошо устроившийся за океаном, помогал нам деньгами, но… мы старели, старались больше времени находиться за городом на садовом участке, который успешно приватизировали.

Лично я не привязан земле, но супруга охотно сажала, проводя в полусогнутом положении много часов подряд. Я конечно же помогал, как без этого? Но любил вечерком посидеть у реки, наблюдая как плавно течет вода и подумать о чем-то приятном. Простая физическая работа подбадривала, позволяя держать себя в тонусе.

По выходным иногда собирались с соседями, жарили на мангале колбаски, пили пиво, любили посетовать на меняющиеся обстоятельства быстро текущей жизни.

Неожиданно жена стала прихварывать, а затем как – то разом сгорела. Я не мог найти себе места от потрясения. Как такое могло произойти с нами? Почему?

***

… – Стой!

Фаина рывком приоткрыла дверцу машины. Начавший было набирать скорость, Михаил резко затормозил.

– С ума сошла! – разозлился он, – соскучилась по больницам?

От негодования его лицо пошло пятнами.

Ну в самом деле как можно так поступать? Пытаться выскочить на ходу. С таким-то весом?

Все эти мысли явственно отразились на перекошенной физиономии супруга.

– Ты вправду вообразила себя каскадершей? О нас не подумала? Ты такая мобильная? На себя давно любовалась в зеркало?

– Ах вот даже как!

Фаина до боли прикусила губу.

Родной человек… и чем попрекает, а? Больно слышать подобное.

– Я тебе это припомню, – пообещала она, наливаясь праведным гневом.

– Начинается…

Поняв, что малость перестарался, Михаил попытался дать «задний» ход.

– Ты ведь не девочка, чтобы выкидывать подобные фортеля. Представляешь, как это могло бы закончиться?

– Скажи еще что-нибудь.

– Сейчас валялась бы на асфальте. Со сломанными ногами. Поездка накрылась бы медным тазом. Вот так, моя дорогая!

– Ты обо мне плохо думаешь. Я, конечно, не девочка. Но и не старуха.