Тогда, или там

Обогнув территорию, я расположилась на скамейке и начала наблюдать. Веранды, горки, качели, песочницы – всё это освежало воспоминания. Хоть и прошло немало времени, большинство конструкций остались неизменными и даже стояли на прежних местах. В голове продолжали возникать эпизоды из детства, словно картинки на фотобумаге, которую бросили в проявитель. Многое из того периода жизни всплывало в самых мельчайших подробностях. Процесс полностью поглотил меня. К удивлению, где-то в закоулках памяти всё ещё остались воспитатели, которые придумывали несуществующие праздники и странные конкурсы, дабы иметь возможность лишний раз нас повеселить.

А также лучшая детсадовская подружка, её смех, шутки, безумные затеи. Мальчишки, что дарили нам сосновые шишки, признавались в любви и сразу же убегали прочь. И уставшие родители, которые приходили забирать нас по вечерам. Когда ностальгическое наваждение закончилось, дети уже покинули площадку. Похоже, довелось провести на скамейке немало времени, ноги успели онеметь. Я встала и потихоньку пошла дальше.

Люди вокруг выглядели суетливыми и взвинченными. Вся их спешка воспринималась как нечто абсолютно лишнее. Одна девушка торопливо шла вперёд, протискиваясь меж людей, и вскоре растворилась в толпе. А у перекрёстка, запыхавшаяся и ожидающая сигнал светофора, она вновь попалась мне на глаза. Раздался звонок от Лерки:

– Привет ещё раз. Ну, что ты там, собралась?

– Да, уже на улице.

– О, с кем?

– Одна.

– Одна? Кого-то ждёшь?

– Нет, просто гуляю.

– Так мы встретимся сегодня?

– Да. Сообщи место, подъеду.

Нужный адрес оказался совсем недалеко от моего местоположения, так что было решено идти туда пешком.

Навстречу часто попадались молодые мамаши, толкающие коляски либо же ведущие детёнышей за руку. Почему большинство из них выглядит настолько неопрятно? Неужели из-за ребёнка им больше не хватает времени, чтобы привести себя в порядок? Или они всегда являлись неряхами, а «будучи на стиле», лишь пускали пыль в глаза? Теперь же, когда социальная программа выполнена и род продолжен, у них есть розовое и сопливое оправдание, которое позволяет им быть собой.

А ещё среди них мало дам с книгами. Когда-то желание читать было настолько непреодолимым, что барышни даже не могли позволить себе спокойно трапезничать – в одной руке книжка, в другой – кружка.