Дневники

Да, морозы завернули совсем нехилые – и это после нескольких недель аномального тепла!!! Сегодня минус 18, ожидается до минус 30! Бедная Муся, особенно если мерзость Лера засадила её в холодный сарай!!!

Выходные прошли сравнительно тихо: припёрся рыжий, поговорил с полчаса, наговорил всякой чуши, как всегда (как он без трусов с голой жопой должен был бежать за туалетной бумагой – упрёк Галине за то, что она забыла её положить). А так вроде предстоит тихая неделя, думаю, что раньше следующей недели денег у него не выцарапать.

Состояние плохое, но как только я отсюда вырвусь, всё наладится. Поедем с Мусей в деревню…

18 декабря.

Рыжий кретин вчера устроил бенефис и чуть меня не выгнал. Комориха и Александр Фёдорович Кирьяков отдыхают. Сегодня ночью я им написала отличную статью, если и за это не заплатят, тогда не знаю, что делать. Он вчера заявил, что платить мне не за что, я только их объедаю и ничего не делаю.

Как только заплатит – я отсюда ухожу, я заболеваю от таких уродов, как эти.

Сколько бы ни было денег – а он, конечно, если заплатит, то заплатит сущие копейки, это совершенно редкостная сволочуга, быдло и хамло.

Сегодня ночью прорезалась женщина – скорее всего, заберёт Мусю у этой гадины. Камень с сердца свалится. Но это ненадолго – я скоро опять переменю свою жизнь. Хочу, жажду ПОКОЯ!!! Согласна уже голодать в деревне Малое Мякишево, не могу никого видеть. Хочу быть с Мусей и общаться только с Моцартом и Бетховеном (которых я уже порядочно накачала).

20 декабря.

Вчера мадам меня вызвала и велела в пятидесятый раз переписать статью, причём требования были опять совершенно противоположные. Сегодня, видимо, это всё будет продолжаться. Ладно, писать – это не такое уж плохое занятие, скорее, наоборот. Угостила ОДНОЙ мандаринкой… Ха-ха-ха, её щедрость не знает пределов, как выражалась незабвенная Наташка Климачёва.

Я что-то ночью не могла заснуть, вообще, мне физически всё хуже и хуже – задыхаюсь всё больше и больше. Ура, помираю, только смерть что-то очень жуткая будет.

Мороз так и не спадает, всё ещё минус 16, говно в курятнике (кроме написания статей, это входит в мои обязанности тоже – кормить кур и убирать за ними говно) так примёрзло, что не отодрать, и палец у меня почему-то нарывает (может, из-за этого не спала – боль была сильная).

Вместо сна слушала скрипичные сонаты Бетховена. Думаю, что мужик не должен опять наехать – я мадаме нужна.

Ночь с 21 на 22 декабря. 23 часа.