Минздрав предупреждает

Я прикрыла глаза и увидела себя, стройную рыжеволосую нимфу, на далёком лазурном берегу в ослепительно-белом платье. Я смотрю на море, и оно лижет ступни моих ног прохладными волнами.

– Мама, мам, проснись. У тебя пятьдесят рублей на проезд будет?

Чёрт, всё-таки это был сон… А всё же куплю-ка я сегодня лотерейный билет.

2019 г.

Возвращение

В сумерках открываю глаза. В комнате серо-синяя мгла. На потолке, в самом дальнем углу, пролегла золотистая полоска света. Глаза привыкают к синему мареву.

Облизываю губы. Они немного шершавые. Пить хочется. В тишине я слышу своё дыхание. Чувствую, как втягиваю этот синий воздух вокруг меня. Моя грудь поднимается и опускается.

Мне хочется встать, но не выходит. Тело не слушается. Это тревожит меня. Тревожит, что я не могу сделать то, что хочется. Я оглядываю комнату. Она большая. Высокие прямоугольные фигуры расставлены по углам. Что это? Хочу посмотреть.

Поворачиваю голову влево. Прямо передо мной продольные округлые прутья.

Я не вижу, где они начинаются и заканчиваются. Хочу дотронутся до них, но рука будто у сломанной марионетки дёргается и вздымается вверх. Пробую снова и снова. Ничего не выходит. Раздражение растет во мне. И пить хочется всё сильнее. В горле пересохло.

Рукой беру свою ногу (сначала долго-долго ловлю её – как же это тело неповоротливо), трогаю пальцы на ноге. Они такие маленькие. Кожа на них немного сморщенная, зато пятка гладкая и приятная на ощупь.

Интересно, почему я не могу встать? Я хочу, очень хочу, но не получается.

Ноги дёргаются рефлекторно, руки не слушаются, будто не мои.

Может мне позвать кого-нибудь? А кого? Кого я здесь знаю? А где – здесь? И тут вся эта неопределенность сваливается на меня. Мне страшно. Почему я не знаю, где я?

Я набираю в лёгкие побольше воздуха, чтобы крикнуть: «Здесь есть кто-нибудь? Люди-и-и!», и вместо этого слышу неистовый рёв. Ни одного слова, ни одного. Теперь уже хочу крикнуть, что со мной что-то не в порядке, что-то с телом и с голосом, и ещё громче нечленораздельно ору.

Я в отчаянии. Как мне позвать на помощь? Кого? Вдруг я заключён здесь в этой сумеречной зоне? Мне становится так жаль себя одинокого и не владеющего собой. Реву, что есть силы, сжимая кулаки и перебирая бесполезными ногами.

Вдруг открывается дверь. В комнату врывается свет. Становится так светло, что я щурюсь – глаза не терпят этой яркости и от неожиданности замолкаю.