Другая жизнь

И еще, если помните – как княза Мышкина. Конечно же, помните роман великого русского писателя Федора Михайловича Достоевского?

Монтер (грустно вздыхая). Бедные-бедные люди – помню…

Кошкин. Нет, вы путаете – «Идиот».

Монтер. Кто?

Кошкин. Роман. Помните?

Монтер. Роман не помню. Я его не дочитал. Бросил.

Кошкин. Жаль. Там есть человеческие идеи… Там много боли, страдания… Надежды…

Неожиданно – как и откуда?.. – прибегает Оличка и с рыданиями устремляется ко Льву, обнимает его и целует, и обнимает-целует…

Оличка.

Левочка-Левочка… Счастье какое, что ты… (Целует-обнимает.) Я так рада, так рада… (Плачет.)

Кошкин (потрясен и растерян). Оличка… Оличка… Оличка…

Оличка (ощупывает, оглаживает, оглядывает возлюбленного). Левочка, почему ты в трусах, ты был иначе…

Кошкин. Я под голову человеку…

Оличка (уже даже не спрашивает, уже даже кричит). Почему ты в трусах, Левочка?..

Кошкин (тоже почему-то, вдруг, выкрикивает). Я под голову человеку!.. Там!.. Человеку!.. Оличка, он спит, ему больно, у него шейный позвонок!.

.

Оличка. Тише, пожалуйста, Левочка, не кричи, почему ты так волнуешься?

Кошкин. Я – потому что… Не знаю…

Оличка. Мы купим тебе штаны, вообще оденем тебя, как картинку, и вообще ты будешь… Какого хочется цвета? Голубенький хочешь?.. А можно зелененький, цвета такого – стоячей воды… О чем это я?.. Я так испугалась, мне так было страшно, так жутко мне, Левочка… (Должно быть, припомнив, как ей было жутко, всхлипывает.) Я как представила, Левочка, как… О-о-о…

Кошкин.

Я прошу вас, не плачьте, ведь все обошлось… Ну, пожалуйста, Оличка, все обошлось… Нету сил видеть слезы… Я не могу…

Оличка. Ты видеть не можешь?..

Кошкин. Совсем не могу…

Оличка. У тебя, Лева, сердце – из камня?..

Кошкин. О, нет…

Оличка. Ты просто жестокий человек!

Кошкин. И не поэтому…

Оличка. Ты не человек даже вовсе, если мог столько времени тут торчать и меня не искать!

Кошкин. Я хотел, я пытался, но, Оличка, я…

Оличка. Не лги! Ты меня мог догнать, остановить! Но ты не догнал, не остановил! А если на меня напали? А если избили? А если меня изнасиловали? А если меня уже совсем нету? (Изо всех сил трясет бедного возлюбленного.

) Если меня убили? Закопали? Я на том свете, а ты на этом и совсем даже не беспокоишься, где я и что со мной? Что же ты за человек?! (Трясет.) Ты камень? (Трясет.) Ты изверг? Ты мучитель – да? – ты мучитель? (Плачет.)

Кошкин (и потрясен и растерян). Оличка…

Оличка.