Другая жизнь

Бегом возвращается и становится в строй Алевтина.

Вот именно то, про что вы сказали – то и приходит. Я даже Але вчера говорила: по-моему, я говорила, у Гогена Петровича душа за нас за всех жутко болит. Аля, скажи!

Алевтина. Ну.

Пыжова. Нет, ты ему словами скажи, как я тебе сказала.

Алевтина (не понимает). Чего ты мне сказала?

Пыжова. Здрасти, Аля! О чем я тебе вчера говорила?

Алевтина. О чем?

Пыжова. Про его прекрасную душу – забыла? Как она у него болит? Вообще, какая она у него? Ну, скажи?

Алевтина.

Зачем?

Пыжова (все больше распаляясь). Как зачем, как зачем? Гоген Петрович не верит.

Тренер. Не верю.

Пыжова. Сделай, чтобы поверил!

Алевтина. Ну, ладно: она говорила, как будто вы говорили, что всю жизнь на команду положили, а она недостойна.

Пыжова. Аля, не так! Гоген Петрович, она… Аля, зачем искажать? Я только сказала, что Гоген Петрович отдал нам очень много жизненных сил и поэтому ему глубоко не безразлично, что с нами происходит.

Алевтина. Ты сказала, он лезет в нашу личную жизнь.

Пыжова. Не лезет, а принимает участие.

Алевтина. Какая разница…

Пыжова. Разные вещи, Аля! Когда принимает участие – это одно, а когда лезет – совсем другое! Гоген Петрович не лезет, Гоген Петрович участвует!

Алевтина срывается с места, но Тренер успевает ее перехватить.

Тренер. Куда?

Алевтина. Туда…

Тренер. Отставить, назад!

Алевтина. Да мне надо…

Тренер. Не надо, ты только была!

Алевтина.

А если мне надо? Сами всегда говорите: есть такое слово – а сами… Как вам если надо – так надо, а мне, если надо – не надо… Вот надо мне!

Тренер (налившись гневом). Если надо – бегом!

Алевтина убегает.

Говорить научились! Все научились! За словом никто в карман не полезет! (Наверх, Художнику.) Художник, никто!..

Художник. Подайте мне тряпочку, будьте любезны.

Тренер (Кусакиной). Подай человеку тряпку, хоть польза какая-то! Э, да пока ты подашь! (Сам взбегает с тряпкой по стремянке.

) Держи, художник!

Художник. Как вас благодарить?

Тренер. Не надо меня благодарить, я привык к неблагодарности. Капитан!

Калинкина. Я!

Тренер. Где народ?

Калинкина. А это… народ… (Растерянно разводит руками.)

Тренер. Я команды не вижу. Где журнал?

Калинкина (растерянно). Журнал…

Тренер. Ничего не знаешь! Никто ничего не знает! (Спрыгивает на пол с лестницы, морщится, как от кислого.