Другая жизнь

Скажи, Левочка, только, пожалуйста, правду: ты меня уже любишь?

Кошкин. Я…

Оличка (счастливо смеется). Когда же ты успел, глупенький?

Кошкин. А я…

Оличка. А если, допустим, не успел – так ведь еще полюбишь?

Кошкин. А я уже!..

Оличка. А я сразу!.. Я, как только увидела в зоопарке твои глаза и веснушечки на мочках ушек… Ой, как мне нравятся веснушечки твои, Левочка!.. Я ни у кого таких не видела, я сразу подумала: ах, Левочка!..

Пахнуло ветерком. Вверху помигал и зажегся фонарь, осветил Оличку и Кошкина.

Приятно обнаружить – самозабвенно целуются. На какое-то чудное мгновение возникает прелестная мелодия ЛЮБВИ. Откуда взялась? Бог знает, откуда чего берется… Быть может, это звучат души Олички и Кошкина. А может, наши души. Возможно такое или нет?..

Федор (нашел-таки силы, восстал ото сна и безумно бормочет). Пусть целует она другого… (Карабкается вверх по столбу, ноги скользят, не слушаются, а он – неутомим и бессилен.) Молодая, красивая… (Карабкается.) Сережа Есенин – великий поэт земли русской родом… (Карабкается.

) Сука… великого поэта земли – пьяницей… (Карабкается.) Ту-ся!.. Ту-ся!.. Все позабыла, Ту-ся!..

(Карабкается.) Забыла про поэзию, Ту-ся!.. Зажралась-зажирела!.. Все позабыла!.. (Кажется, назло всем законам притяжения земли он таки одолевает несносную вертикаль, стоит, обняв столб, как судьбу.) Эх, захлебнуться бы в этом угаре, мой последний единственный друг!..

Кошкин. Трудная ситуация: хочу помочь человеку – а невозможно…

Оличка. Человеку можно помочь, когда человеку надо, чтобы ему помогли.

А если человеку не надо – помочь невозможно. Получится зло.

Кошкин. Как бы там ни было – все равно надо помогать. Иначе не выживем: просто печально потеряем друг друга… Теряя ближнего – теряем себя.

Оличка. Не теряй меня, Левочка?

Кошкин. Я…

Неожиданно к фонтану выбегают: Константин, следом Длинный и Пониже. Константин запрыгивает в фонтан, преследователи немедленно его окружают.

Пониже (сплевывая). Думал, убежишь?

Длинный.

Думал, убежит!

Константин. Я не убегал!

Длинный. Он не убегал, Толя, это мы от него, а он нас догонял!

Пониже (сплевывая). Гляди, Пачкун, чтобы не выскочил.

Длинный. Толя, не выскочит теперь! Только не убивай сразу, Толя, вполсилы – ага?

Константин. Он сам виноват, гляди, как он мне штанину!

Пониже. Он тебе штанину, а ты его, значит, по ребрам за это? (Сплевывает.)

Константин. Так он мне штанину гляди!..

Длинный. Толя, он псину за штанину!..