Гипотеза Рая

– Так вот, Владимир, – взволнованно начал беседу немец, отодвинув от себя новое белое кресло, – я тебя не просто так позвал сюда, – далее он помедлил, собираясь с мыслями, – нам нужно на время прекратить разработку формулы…

– Как?! – перебил его ошарашенный Землеров

– Погоди, я же не объяснил. Я был в отделе мозга. Вчера, ну то есть сегодня под утро, там завершили очередной эксперимент над мозгом этого самого Голоухина, про которого ты меня спрашивал. Я думаю, что опыт был историческим – они создали нового человека, я бы даже сказал – сверхчеловека! Если испытание мозга пройдёт удачно, что, скорее всего и случится, то такой человек сможет то, чего раньше нельзя было представить: решать труднейшие задачи без помощи приборов, общаться на расстоянии, управлять собственной жизнью, то есть долгое время не стареть или же вообще не умирать! И всё это только при помощи мозга, который наши учёные перестроили, – всё это он проговорил на одном дыхании, поэтому глубоко вздохнув, продолжил, – ты понимаешь, что это значит? Это значить, что, перестраивая головы людей, как вы это говорите, в нужное русло, мы сможем создать новый мир, заселять который будут гении, сверхлюди! Это значит, что пользоваться формулой, которую мы выведем, можно будет в разы быстрее, можно будет осваивать и изменять Вселенную гораздо масштабнее и, в итоге, прийти к её первозданному состоянию совсем-совсем скоро, тогда и наступит Рай на Земле, к которому-то мы все стремимся, – здесь Шмиц подпрыгнул, не в состоянии более стоять, стал быстрыми шагами ходить по кабинету в разных направлениях.

– А что же на счёт формулы? – после паузы, в которую Землеров осмыслял сказанное немцем, спросил он

– Ах, да, формула! Я же не сказал. Я думаю, что нужно дождаться результатов исследования нового мозга, тогда, если всё благополучно сложиться, но скорее всего так и будет, мы рассмотрим строение этого мозга, что, мне кажется, немного поменяет наше направление в создание формулы.

– Я вас понял. Я собственно собирался вам сказать примерно это же, на счёт мозга.

Но я не ожидал, что так всё… произошло, – Владимир Дмитриевич был очень встревожен, заметив это он не мог понять, что с ним произошло, почему на все высказывания Шмица он отвечает холодно. Нет, ему был не безразличен эксперимент отдела мозга, он понимал, что произошло нечто грандиозное, что сможет расширить человеческие возможности, но что-то сопротивлялось этому внутри Землерова, хотя что, он не знал.