Сила времени

Только знала что-то, что её раздражает, постоянно меняется, а само чувство, волнение, какие-то внутренние переживания – именно они мучают, рождаясь в душе, остаются там, накапливаются и с каждым таким разом становится всё тяжелее и тяжелее. Сил с этим бороться, вообще нет и негде их взять, а что сделать, чтобы все это остановить, – не ясно. Раньше Светлана путалась и слишком часто говорила себе: „Всё! Так дальше не может продолжаться!” Но эти слова никто кроме неё не слышал и ничем не мог помочь, и она себе – не могла, а может быть – не хотела, а думала, что не могла.

Она уже собиралась с этим смириться, решив для себя, что так будет всегда, и уже готовилась взвалить на себя этот груз. А сейчас, стоя у подъезда, совершенно спокойно думала об этом, как о какой-нибудь мелочи, хотя совсем недавно это было её основной жизненной проблемой. Ей стало ясно, что все эти переживания, вызывающие расстройства трепетной души, возникали от собственной нерешительности. Вместо того, чтобы сказать мужу о своей любви к детям и желании иметь второго ребёнка, причём потратив на это всего-то минут десять. Носила это в себе десять лет, а каждый миг, вспоминая о своем желании: мучилась и терзалась, ища вину в своём муже, тем самым расстраиваясь. Приносила окружающим людям одни неприятности, из-за этого ещё более всё раздражало, так всё внутри бушевало, что было трудно усидеть на месте, а иногда – и управлять собой, доходя до предела.

Света лишь немного почувствовала облегчение от любви Максима, однако, чем больше она сама в него влюблялась, тем больше и понимала: вместе им никогда не быть.

Уже очень скоро он уйдет из её жизни уже навсегда. От одной такой мысли приходила в какое-то необычное состояние, ни с чем несравнимое: когда всё и сразу в ней начинало бушевать – все чувства, которые у неё были. В такие моменты казалось, что каждое из них понемногу и по-очереди: управляют ей, каждые несколько минут она уже совсем другая. Все это настолько необычно и удивительно, и в то же время настолько странно, что не знаешь даже, что и подумать. Ведь увиденное и услышанное может склонить к мысли, что человек чем-то сильно обеспокоен, а чаще – не болен ли душевно, что более всего настораживает, даже пугает. Светлане становилось все яснее и яснее то обстоятельство, что все – ее мучащее – соединилось в одно, достигло своего пика, и что дальше так уже не могло продолжаться. Какая-то сила или невидимая или незнакомая ей, – воспротивилась всему этому.