Теперь, или Снова «Неслучайные странности». Страшно философские небылицы длиной в Мысль

 – И что это всё значит?

…а без такой промежуточной остановки в нашем времени ей, похоже, не попасть обратно в своё время.

– А эт-т-то значит, – заикаясь, пугаюсь выводу, который вдруг отчётливо вырисовывается у меня в сознании. – Ничего это не значит, – вру, глупо улыбаясь, оттягивая время.

– Понятно, – вдруг тускнеют её глаза. – Не хотите сказать?

– Отчего же это не хочу? – прячу глаза.

– Да мне и самой уже всё понятно, – неожиданно всхлипывает и, прижав к лицу ладошки, безудержно плачет.

– Да что ты там поняла? – от жалости прижимаю её к себе, словно дочь, напрочь забыв про всякие там санитарно-эпидемические правила карантина.

– А то и по-ня-ла, – жалобно тянет она, – что забралась я… слишком далеко. И вот ТЕПЕРЬ вывалилась… из открывшегося мне случайно пространственно-временного канала.

– Случайное… не случайно! – машинально выдаю очевидное, раздумывая над её словами.

– Да-да, – подхватывает девчушка, всхлипывая. – Вот и папа тоже так говорит.

– Папа? – выдыхаю, не сдержав любопытства.

 – А что ещё… говорит папа?

Ох, как трудно удержаться, встретив вдруг небывалую небылицу, и не спросить её про всё то, что так волнует ТЕПЕРЬ…

А что волнует?

Да то, что и всегда: что нас ждёт там, впереди, в «прекрасном далёко»?

…тем более спросить не у кого-то там вообще, а практически… у себя самого, у своей же вдруг заговорившей мысли…

Коллеги по перу, уверен, отлично это понимают!

…время-то, судя по всему, всё-таки действительно относительно, что б мы там себе ни думали на сей счёт и ни кричали о законах Природы в нашем взбунтовавшемся атеистическом духе.

С точки зрения Сознания, как ни крути, но «…в начале было Слово…», а «…время – величина относительная и… всего лишь одна из форм проявления Мысли», и «…если знания отвергают всё это, значит, их просто пока недостаточно!..».

Почему в кавычках?

Так ведь не мной всё это сказано, здесь лишь эти всем известные аксиомы Сознания собраны воедино.

– Да много чего интересного говорит мой папа, – увлёкшись разговором, вытирает наконец она свои слёзы. – «Вот и Всё!», например.

– Кто этот Всё?.. – тут же выдаю давно мной усвоенное.

– Почему кто?.. – втягивается она в старинный диалог. – Всё – это не кто, это конец, конец всему!..

– Или начало… – перебиваю закономерно. – А что ещё ты помнишь? – сбиваю направление мысли, нарочито хмуря брови и отгоняя присущие нам всем тщеславные мыслишки.