Карантинные заметки. Время коронавируса

Карантинные заметки. Время коронавируса

Наталия Честнова

Мы все очутились в непривычной обстановке и стали обдумывать, как не сойти с ума. Тем более что время пребывания в этой изоляции не определено.

Карантинные заметки

Время коронавируса

Наталия Честнова

© Наталия Честнова, 2022

ISBN 978-5-0056-4530-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

День первый

Медленно выползающее из-за домов солнце напоминает, что день начинается, что будет жарко, что пора вставать, хоть и не хочется.

В связи с этой эпидемией мы все оказались то ли заперты, то ли ограничены в социальных контактах, что наводит на мысль о том, что пора задуматься о вечном.. а думать не хочется… Такая расслабленность. Такая успокоенность… То ли кажущаяся, то ли на самом деле…

Пора перечитывать «Пир во время чумы», наслаждаясь покоем или писать, надеясь, что «Болдинская» осень придет раньше календарной и первоцветы вызовут столь же мощный прилив вдохновения, что и падающие листья.

В этом стабильно обнуляющемся мире лучше сидеть дома и тихо наблюдать…

Из бабушек меня уволили: говорят для моей же безопасности, что ж воспользуемся этим отпуском.

Последнее время я зачастила на разные культурные мероприятия. Где мы только не были помимо Филармонии! Было много интересного в немецких театрах. Маленькие театрики, почти всегда в подвальчиках, часто между кресел столики с напитками. Людей немного, но артисты играют с полной отдачей. Будь то странноватая на мой взгляд постановка „ Чайки», где к качестве русской народной песни поют „ Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам» или искрометная комедия „ Слуга двух господ», где молодые артисты дали волю своему безудержному темпераменту (думала после Константина Райкина в «Труффальдино из Бергамо „ не смогу смотреть, ан нет, было хорошо).

Так же хороши были студенты театральных вузов в „ Золушке».

Были совсем странные постановки. Ультрасовременные, как «Psyhonaute» – о жизни после катастрофы, о том, что выйдет, если социальные контакты разрушены и остались только физиологические и как восстанавливать их и надо ли…

О «Рейнской республике», клянусь, ничего не знала, что была такая в 1923 году.

Бонн, Кельн. Дюссельдорф, а потом пала.

Монолог о жизни в ГДР, рассказ о детстве, арестах и приспособляемости и о невозможности изжить из себя совок.

О трудной жизни и выживаемости женщин (странно написала, Но как? Она работала комивояжером и жизнь ее изрядно побила).