Быдло

Я замечаю растущий интерес на лице полненькой Алины и понимаю – конец, сейчас задавит.

Думаю – Данил цепляет Женю. Хоть и не понимаю, что он в ней нашел. И то, что в двух других кобылицах просыпаются чувства, его конечно же не интересует. Также, впрочем, как и меня. Но только они ведь не спрашивают, а просто набрасываются и целуют до смерти. А нам что с этим делать???

– Но, зато, это говорит о том, как сильно она его любит. Ведь ревность, на пустом месте не возникает, – говорит Алина, и смотрит на меня тупыми глазами, в которых я ничего не вижу.

Мне не понятно, чем на это ответить, кроме, разве, как поржать над ней. Потому что мне смешно от того, как она старается выглядеть откровенной. Мне хочется провалится куда-то в яму, потому что не могу рассмеяться ей в лицо из-за какого-то дурацкого приличия. Я с ненавистью отворачиваюсь и смотрю на Данила, который выглядит, в отличие от меня довольно спокойно. Я закрываю пол лица ладонью, чтобы сдержать рот и не засмеяться. Потом, со страхом, от мысли, на что способна влюбленная скотина, оборачиваюсь, и смотрю на нее.

И понимаю, что эта доярка в третьем поколении если захочет, то затопчет свою любовь вместе с предметом.

– Да, нет! Это может означать только чувство собственности, а никак не любовь. Если человек любит другого, то он желает ему счастья. Не будет бегать за ним. И отпустит, чтобы не мешать дальнейшему его счастью, пусть и с другим человеком.

Женя после этой трогательной речи, смотрит на Данила. Он кивает понимающе.

Я осознаю, что надобно что-то делать, а иначе эта «идиллия взаимопонимания» может затянуться и довести меня до инфаркта.

Я достаю пачку сигарет и указываю Данилу в сторону двери. Данил привстает и нащупывает в кармане зажигалку:

– У тебя че?

– Пошли!

Телки засобирались вместе с нами. Я не понимаю, что мне делать. Потому что уже не буду знать куда от них деться. Я делаю знак телом: Встаю, словно барьер, между свинофермой и домом хозяина. Или как знак с палкой и кружком, с перечеркнутой коровой.

И останавливаю их на проходе:

– Вы не скучайте, – я хватаю за руку Алину, – мы скоро! У нас мужской разговор.

Алина с грохотом и кислой рожей плюхается на диван:

– Но, только вы не долго!

Я смотрю на физиономию Даши, у которой, уже во рту торчит сигарета. Мне почему-то кажется, что она больше ее головы. Она хлопает ресницами, и видимо, думает что бы мне такое сказать. Я вдруг понимаю, что она еще совсем ребенок. И мне становится, как-то противно.