Не все птицы вьют гнезда

Рядом утыкался носом в мать медвежонок. Медведица обнюхала младенца и тихонько тронула его лапой. Затем она прильнула теплой мордой к его головке. Вскоре по лесу эхом раздался медвежий рык. Следом за рыком послышался взмах крыльев большой птицы.

Утром Саша не смогла встать с кровати. Лежала и смотрела в потолок, вспоминая о ребенке. Она подумала о том, что ее отец вместо нее хотел сына, а потом мечтал о внуке. «Мальчик. Что же с ним? Как же теперь жить?» – с болью подумала Саша и снова проваливалась в сон.

В незапертую дверь зашла Надя, за ней неторопливо следовала бабка Настя, приятная женщина семидесяти пяти лет, с седой головой и мудрым взглядом на жизнь.

Та самая бабка, с которой Саша говорила о родах. Надя открыла окно в комнате, так как было душно. Настя подошла к Саше, отодвинув одеяло, затем поджала синюшные губы и вскинула брови.

– Девка, – строго сказала бабка. – Ты че это удумала? Нукась, вставай-ко. Ходить надо, а она лежит. Живая? Живая. Поди, на дворе утро, надо подниматься.

Лежанка тебе не поможет, а угробит запросто.

Саша открыла глаза и застонала. Бабка Настя начала ее придерживать за плечи, а Надя потянула за руки. Саша, застонав громче, смогла спустить ноги с кровати и поднялась. Пол залило кровью.

– Надька, – скомандовала бабка, – таши тряпки какие-то, да поболее. Вытирай. Ох, девка, девка. Налупить бы тебя, да поздно.

Надя отняла руки от сидящей подруги, торопливым шагом подошла к шкафу, открыла дверцу и начала брать с полки полотенца и простыни.

Бросив полотенце, придавила его ногой к испачканному полу. Потом женщины помогли Саше переодеться и снова уложили ее на постель. Бабка Настя пошла топить баню, а Надя осталась сидеть рядом с подругой. Саша еще поспала. Вернувшись к женщинам, бабка оперлась на дверной косяк, сняла один сапог и посмотрела на Надю.

– Баню затопила, – сказала она. – Надь, через часа два приходь снова. Поведем Сашку туда, ладить ее буду неладную. А пока иди отсель да отдыхай. Не дело тебе тут сидеть, глаза насматривать.

Вот родишь, тоды будешь и ты все знать.

– Ладно вам, баб Насть, – отмахнулась Надя. – Вы думаете, я глупая? Не древний век же, без слов все понятно. Ну да ладно. Если что, зовите, я дома.

– Надь, – неожиданно окликнула Саша.

Надя обернулась.

– Слышь, грех какой на мне. Убила же я ребенка своего, родное дитя на съедение волкам отдала.

– Куда дела-то? – с тревогой в голосе спросила Надя.

Саша закрыла глаза и ничего не ответила.