Не все птицы вьют гнезда

От общего внимания Галя заметно засуетилась и, потерев курносый нос, залилась на лице красной краской. Она потянулась за бутылкой с раствором, приклеила на нее этикетку, протерла мокрой тряпкой и стукнула дном об конвейер. Затем взглянула на Риту.

Вообще, женщины в этом месте часто позволяли подтрунивать друг над другом. Рита, не отводя глаз от Гали, взяла приехавшую бутылку и еще раз протерла ее тряпкой, звякнула ей об стол.

– Рит, – ответила Галя, наклеивая этикетку на очередную бутылку, – молчала бы ты в тряпочку, да паковала лудше.

Смотри, не успеть тебе за нами. Мы все обедать пойдем, а ты будешь на обеде возиться с посудою. Похудеешь еще. Кх-ха.

Галя подкашлянула, захихикала, прикрыв рот. Снова послышался смех. Рядом с поддоном припарковался на тележке грузчик Дмитрич, ожидая набитые бутылками коробки. Выцветший костюм, который явно был ему велик, и растянутые «колени на штанах» придавали Дмитричу нелепости. Он оперся на ручку тележки и почесал лоб, отодвинув кепку на затылок. Глядя на Галю, мужчина растянулся в приятной улыбке.

– Давайте уж, бабенки, закругляйтесь с первым набором коробок-то, – неожиданно попросил Дмитрич. – А то ржете, как лошади, а делу мало. У меня-то дел невпроворот. Надо еще картону нарезать на прокладки. Мишаня ждет меня там.

Он махнул рукой в сторону запакованных коробок.

– Ой, – ответила Рита, выхаживая у стола, – смотри-ка, не умайся, Дмитрич. Только начали. Не подгоняй, а то сам не догонишь. Выходные то, поди, прошли весело. Так не угомонишься никак, вот и робить хочется? А, Дмитрич?

Рита подмигнула Зойке, стоящей напротив нее, будто ища в ней поддержку.

Мужчина сощурил глаз, но промолчал. Он любил выпить в свой законный выходной и не скрывал этого. Женщины, конечно, об этом знали и не упускали момента, чтобы не пошутить над ним.

– Я вам расскажу про себя, девочки, уникальную историю – многообещающе произнесла Рита. – Я сама не знаю, как это со мной могло случиться. Вы давайте, клейте пока бутылки-то. Я успею уложить. Приходит вчера сосед мой снизу.

Стучит и говорит: «Дай, Рит, мне рублей десять на похмелиться». А сам бледный, трясет всего. Я говорю: «Ты чего это, Стасик? А жена где?» Он просит и все. Я его запускаю в дом-то и за ним дверь закрываю. Пошла взять деньги в шкафу. Слышу, еще кто-то стучит. Ну, думаю, кто это может быть?

На полигоне раздался телефонный трезвон. Рита обернулась. Трубку сняла невысокая женщина в медицинском колпаке и таком же халате, стянула с рук резиновые перчатки.