Музыкант

Больших денег Макс не зарабатывал, да он и не ставил перед собой цели хоть какой-то коммерциализации своих песен. У него была стабильная работа инженером в газовой компании, где он получал скромный оклад и изредка такую же скромную премию. На работе делал только то, чего от него ждали или напрямую говорили, не больше, потому что напрягаться не было смысла. Работа для Максима была жизненной необходимостью, потому что в современном мире нужно обменивать деньги на блага цивилизации в виде проживания в тёплой квартире, возможности использования сотовой связи и интернета и хоть какой-то еды.

Творчество не было способно генерировать деньги, да и не для того Макс им занимался. Он жил в бабушкиной квартире, оставленной ему в наследство как единственному внуку, что сильно сокращало требуемые минимальные расходы на поддержание жизни физической оболочки в Москве. Макс любил в разговорах препарировать себя же на физическое и духовное, гордясь тем, что посвящает себя больше духовному, творческому, независимому. Он считал, что настоящее творчество не должно быть испорчено деньгами, планами продюсеров, рекламными кампаниями, планами выходов синглов и альбомов. Настоящее творчество не имеет рамок, границ и обязательств. Для настоящего творчества нет правил. Эти мысли хаотично перемешивались в сознании Максима, толкая его приезжать на Арбат, получать настоящее удовлетворение от своих песен, аплодисментов неизвестных прохожих, одобрительных улыбок, лёгких кивков, пронзительных и небезучастных взглядов. А вот проект «Музыка в метро» ему казался как раз теми самими рамками, правилами, где за тебя выбрали, на какой станции метро и где именно нужно встать, чтобы пассажиры слушали музыку, какой репертуар играть, чтобы не нарушить потока сознания пассажиров, не задеть их различных взглядов, не быть неуместным в архитектурной композиции станции. Только из-за мамы. Она всегда старалась для него.

Макс принципиально не платил за проезд в электричке.

Железнодорожная станция Новая находилась в пяти минутах ходьбы от его дома, а он до платформы шёл все десять, потому что обходил серый металлический забор, которым попытались оградить железнодорожные пути от несанкционированных пассажиров. Обходная тропинка была хорошо протоптана такими же борцами за светлый коммунизм. Макс всегда на улице ходил в наушниках, погружая себя в звуковые волны, отключаясь от реального мира, оставляя только чувство навигации.