На краю пустыни

По общим итогам

Подбитой статистики

Весь этот гам

Эквилибристики.

Плавно, как лодка,

Идущая в штиль,

Праздной походкой

Сменяет век, иль

Я изменил так:

Тих стрелок, ход,

Бессистемный бардак

монохромных од.

Рельсы

Рельсы, поезд, даль ночная,

Холод сентября.

Город, тихо засыпая,

Провожал тебя.

Слякоть, лужи на перроне

И рука в руке.

Звезды где-то в небосклоне

Подмигнут тебе.

Тихий ветер нежно гладил

Светлых прядь волос,

Время попросту растратив

На поимку грёз.

Нет ни слёз при расставаньи,

Ни печальных дум.

Лишь улыбка на прощанье

В роще тёмных лун.

Провожал свою подругу,

Помахал рукой.

Лишь один на всю округу.

Заболел тоской.

Я крепился что есть силы,

Но внутри грустил.

То, что мило, миль за милей

В добрый путь пустил.

Поглощает ночь немая

Радость и любовь.

Крепко-крепко обнимаю,

Вновь в долине снов.

Небо мокрой жирной кляксой,

Как оттенок дня.

В эту новь иль в свистопляску

Я дождусь тебя.

Месяц сменится, но всё же

Не запомню дней,

Без тебя которых прожил

Я в толпе людей.

Ночь

В ночь непроглядную, миролюбивую,

В спящую, тёмную, очень ранимую.

Выйди на улицы рваною раною

И излечись как дождём, так туманами.

В страсти людские, страсти любовные

Неинтересно вплетать

Чужеродное.

Столь молодое и столь же невинное,

Слабое, жалкое, статное, сильное.

В нежности сей не растопится лёд.

Тает и вновь замерзает. Цветёт

Тишь в очертании тела и лиц.

В шорохе прячется книжных страниц,

Ревность и страсть – порождение тьмы,

Некая связь между людьми.

Улица молча застыла и ждёт

Дождь, что по крышам сейчас запоёт.

Город в всевластии Эреба рушь

И оборви нити скомканных душ.

И разнесись да по всем сторонам,

Да омывай искаженье зеркал.

В них лишь остывшие бьются сердца,

Улица, ночь и туман у крыльца.

Идунне

Открою двери осторожно

Святой обители искусств,

Сколь позволительно, возможно,

И упаду в бреду, без чувств,

Увидев образ чудотворца

В лучах прославленного солнца,

Где воздух осквернил шафран,

Вальхаллу высшего порядка

И братский пропитал курган.

Мне будет холодно и зябко,

Рябь кожи кроет криолит,

Воск в венах гулко забурлит.

Поэт, художник, музыкант

И разношерстные модели,

И каждый выглядит как франт.