Сказки для взрослых. И не только…

Сознание моё меня покинуло ещё до того, как тело коснулось земли.

Открываю глаза и тут же закрываю: очень ярко. Пахнет почему-то карболкой. Открываю опять, щурясь – всё по-прежнему. На этом белом появляется ещё более белое. Это же луна! Она приближается ко мне и становится всё больше. Почему-то у луны есть глаза, рот и нос, и уж совсем нелепо, что луна мне улыбается. Когда же она заговорила, я понял, что окончательно свихнулся.

– Наконец-то вы очнулись, – произнесла она мягким грудным голосом.

– Я очнулся? А я думал, это на меня упала луна…

– Луна? Интересно.

Вы не помните? Вчера на вас напали, сильно побили, вы и потеряли память.

– Да? Не помню. Совсем ничего.

– Это бывает. Доктор говорит, скоро пройдёт.

– Доктор?

– Ну да, доктор Абрикосов. Вы же в больнице.

– А почему не дома?

– Доктор хотел понаблюдать за вами. Хоть батюшка ваш порывался вас забрать домой. Представляете, он говорит, это не случайное ограбление, а месть вам за спасение картины и помощь в задержании вора – это правда? Вы задержали вора?! Какой же вы герой!

Вдруг накатила тошнота, голос её стал глуше и совсем пропал.

Я забылся.

Теперь, открывая глаза, я делал это с нетерпением, в надежде увидеть её, Софию. Её умные и добрые глаза, то ли голубые, то ли зеленоватые, смотрели спокойно и светло, что ли. Она вообще вся была светлой – не по цвету, волосы у неё были русые с рыжим оттенком – а, казалось, она с собой несла свет, особенно, когда улыбалась. Меня это словно завораживало… Иногда вместо её милого лица надо мной склонялась ведьмина физиономия бабки Анисьи, но тем радостнее было, когда рядом оказывалась Софья.

Мы стали больше и больше разговаривать. Она, казалось, читала всё, что было напечатано по-русски и по-французски.

Я как-то спросил у неё, почему меня не отправляют домой. Оказалось, батюшка уехал по делам с Бокаром в Петербург, так что решил, что будет лучше, если, как он выразился, за ним будет ухаживать милая заботливая девица, а не этот бездельник Тришка.

– Батюшка так сказал? Чем-то вы его покорили…

– Не знаю… Просто успокаивала его, когда он рыдал тут, пока вы не пришли в себя.

– Батюшка? Рыдал?! А я-то думал иногда, что он и не заметил бы, если бы меня вдруг не стало.

Как-то солнечным утром меня разбудили голоса. Занавеска колыхалась на ветру, соловей пел неистово. Незнакомый голос спросил:

– Сестра Анисья, а где эта молодая сестра? Она когда будет? – я прислушался и, кажется, едва не перестал дышать.