Кого посадят первым, или Страна больших денег

Второй вопрос молодого журналиста оказался совсем не патриотичным и чуть не вывел из себя руководителя группы гостей:

– Как стать лейтенантом вашей армии? Или хотя бы рядовым или подрядовым?

Слуга только развел руками:

– Для начала перестать врать.

На слугу многозначительно посмотрели другие, более матерые лжеписаки.

Когда тело старика после массажа приобрело розовый цвет, словно кожа младенца, и девушка-мастер обтерла его благовонными эфирами, к Рядовому Ванье подошел, как видели гости, слуга-мулат и что-то сказал, указав на их беседку.

Старик посмотрел в сторону журналистов, нахмурился, но махнул рукой. Гости поняли, что старик их явно не звал.

Ванья принял гостей в приемной беседке с прозрачным полом, под которым в глубоком аквариуме плавали разнообразные рыбы и даже несколько белых акул длиной в пару метров. Улыбнувшись, старик поприветствовал троицу и начал свой рассказ о жизни. По его словам выходило, что права военных на острове соблюдаются и он не тяготится тем, что остров не присоединился к Мировой конвенции по защите военных.

Старик сказал так:

– А зачем мне, родненькие, пенсион и льготные коммунальные услуги? Зачем вообще льготы?

На что наиболее взрослый и рослый из журналистов возразил:

– Льготы – они призваны обеспечить достойную жизнь военного, неужели не понятно?

Старик улыбнулся в ответ напористому собеседнику:

– Льгота – это бумажка, за которой надо идти в казенное учреждение, потом кому-то предъявлять ее, просить чего-то.

Я не люблю бумаг.

Признаться, старик хорошо оперировал вновь выученными по заданию Графа словами.

– Я привык к жизни, которая сложилась у нас: бассейн с девчатами, массаж, рыбалка, встречи друзей. Ни деньги, ни льготы мне не нужны, я о них даже не думаю – закон острова удовлетворяет любые мои потребности. Тысячу лет жизни нашему правителю Антонию фон Лобанчикову!

– Хорошо, – не унимался матерый лжежурналист, решивший выполнить задание своей агрессивной страны во что бы то ни стало, – ну а разве вас, военного, не тяготит власть Графа – этого иноплеменника, откосившего от службы в армии вашего острова?

При этих словах старик вскочил и что-то гневно крикнул.

Вмиг набежали белокожие телохранители – работники Графа – с копьями, штыками, шашками.