Лето шестидесятое

Ни о чём бы уже не спорить,

словно знаток со знатоком, —

древние звуки и корни

глубью глаз напоить, как молоком.

Станет играться ребёнок-слово

на зацелованных губах родителей,

потому что Языка основа

женщин красота, мужчин развитие…

1994

Ну, кто из лучших находил ответ

Пока не требует поэта…

Но гражданином быть обязан…

Поэт в России больше, чем поэт…

Ну, кто из лучших находил ответ,

равняя всех на свой манер и почерк,

в одном объёмном имени Поэт

пытаясь дар творца сосредоточить?

Считая Смыслом творчества момент,

поэт кичится, что он есть Поэт!

Но может ли он просто быть поэтом?

Он – века «неопознанный объект»,

он – человека над собой эксперимент,

он – гражданин времен, он – брат планет.

И невозможно не считаться с этим!..

В ЛАБИРИНТЕ ПОЭТИЧЕСКИХ

ВОЗМОЖНОСТЕЙ

Итак, вперёд. Как бы начну от центра

познанья мяч в пространстве слов водить,

чтобы поэзию вернейшим из рецептов,

как острым пасом форварда, снабдить.

Лишь для того эпитетов обводка,

метафоры за логику заброс,

чтоб озаренье, словно мяч в воротах,

в сердечной сетке нервов затряслось.

………………………………………………..

Настроиться на связь с небесной высью,

на разговор с травой, с пчелою на цветке…

И от поэта, собственно, зависит

лишь пересказ на свойском языке.

Но в утвержденье кроется неточность,

не сознающая сперва свой ложный штрих.

Рассудок ищет истину дотошно,

рука вслед мысли ставит точки три…

Тут в правилах важнее исключенья,

тут беззаконье – тоже не закон,

тут главную конструкцию значений

несет порою многоточий звон…

…………………………………………………

По правилам умело строить строчки?

Но кажется, что можно не уметь,

когда прозрений истинных источник

фонтаном бьет в настойчивом уме!

УХОДЯТ ПОЭТЫ

Сверяя шаги, как по солнцу,

по банковским курсам валют,

уходят поэты в торговцы.

И я их совсем не виню.

Они голодали и дохли,

чудили, сидели в тюрьме.

И вот разрушаются догмы,

но, в общем, не весело мне.

Иные от денег балдеют,

трепещут в восторге немом.

А те же, кто словом владеет,

меняют алмаз на дерьмо.

Торгующим вечность – обуза,

сердечность – безумью сродни.

Поэтому чуткие музы

уходят к Парнасу без них.

Быстрее, чем портится «сникерс»

на затхлых витринах «комков»,

без действа затихнет и скиснет

поэтов бурливая кровь.