Девчонка с Восточной улицы

Но весь юмор заключался в том, что сигнал бедствия нам подавать было нечем: рации геологоразведочной партии не полагалось. Так что, либо бедствия быть не должно, либо "спасение утопающего – дело самого утопающего".

Уже в Магаданской тайге мы встретили геодезистов. Их положение было гораздо более комичное, если не сказать – печальное. Им рация – полагается. Она нужна для работы: с её помощью определяются координаты точек, которые наносятся на карту. Радиус действия их рации – 100 км. А в этом диком краю, почему-то, селения расположены редко, чаще всего, на значительно большем, чем радиус действия, удалении, не все селения имеют необходимую аппаратуру.

В середине мая мы с мамой выбрались (по заявке на билеты от ЭНИМСа) на только что вышедший фильм "Айболит 66", интерпретацию старого, доброго "Айболита". Фильм выдал в мир крылатую фразу: "Нормальные герои всегда идут в обход".

Всё готово, отъезд назначен на 1-е июня. Наш отряд – 8 человек; мы вылетаем в составе: Сережа – начальник отряда, Герман – главный геолог, Вера – геолог, два техника Коля и Саша и нас трое, Толя, Витя, Я, рабочих.

16 июня. Отъезд снова откладывается. На душе тоскливо. Почему? Это совершенно другая история, которая происходила значительно раньше, и о ней разговор потом. Это грустные остатки от прошлого. Хотя и в настоящем есть о чём грустить. У меня тяжело болен отец, он в больнице и оттуда уже не выйдет. Болезнь длится уже четыре года и вот уже полтора года он в больнице. С первого дня нам сказали, что это неизлечимо.

И четыре года мы с мамой наблюдаем медленное его умирание. Это невыносимо. Далёкая, трудная поездка должна немного отвлечь меня, потому что такое не даётся даром. Но об этом также другой рассказ. Возможно. Я договорилась с Серёжей Житомирским, что он будет звонить моей маме и поможет, если понадобится. На работе у меня хорошие друзья, мы все знакомы семьями, и заботы и проблемы сразу становятся общими. Сколько раз они подменяли меня на работе, когда срочно я была нужна отцу!

Эти двухнедельные откладывания как-то очень утомительны.

Когда всё решили и затем крутились в подготовке – всё было нормально. Ожидание возвращает к мыслям об отце, и о том, что мама остаётся одна. Хотя врачи заверили, что изменений за этот период не произойдёт. Однако ехать уже не хочется. Куда? Зачем? Смогу ли убежать от себя?

Руки назад над обрывом,

Прыжок в туманную падь…

Может ломаю крылья,

Может учусь летать.