Война в раю

Тоненькая, светленькая, с припухшей верхней губой и копной волос, которые золотились в лучах бьющего в окно солнца. Звали ее Ольга. Она только что устроилась на работу в поликлинику после техникума.

«Проходите, что же вы стоите», – сказала Ольга и улыбнулась.

Я увидел ямочки на ее щеках и понял, что с этой девушкой я не хочу расставаться. Раньше, и в институте, и после, были девчонки, которые нравились, но чтоб так – никогда. С этого дня каждый вечер я провожал Ольгу после работы домой.

Эти наши прогулки остались в памяти до мельчайших деталей. Ее голос, запах духов, каждое прикосновение. Одно смущало – я был старше больше чем на десять лет. Но через месяц решился. Купил золотое колечко и пошел делать предложение.

Дошел, волнуясь, до пешеходного перехода, что вел прямо к поликлинике на другой стороне улицы. А Ольга уже шла по нему мне навстречу.Вот она прошла мимо автомобиля, застывшего перед пешеходами,сделала еще шаг, и тут откуда-то вылетела машина скорой медицинской помощи.

На этой машине ее и увезли. Вместе со мной. До утра я просидел в больничном коридоре, надеясь на лучшее. Но когда из операционной вышел врач, по его лицу понял, что случилось непоправимое. Мне стало так плохо, что спасать пришлось уже меня. Так я заработал свой первый инфаркт. От горя. Второй, получается, случился от радости. Когда у тебя слабое сердце, любые сильные эмоции противопоказаны.

Вот, пожалуй, и все, что я хотел бы помнить о Земле в данный мне по закону год райской жизни.

Я открыл глаза и удивился. Приврат стоял. Такого никогда не было. Случилось что-то? И если случилось, то наверняка плохое, раз заставило Приврата встать. Он стоял передо мной – маленький такой, беззащитный, и молчал. Глаза его стали нежно-голубыми и прозрачными, как океанская вода над коралловыми рифами. Такие глаза у Приврата бывают, только когда результат у вернувшегося в рай человека положительный. И выглядел он явно помолодевшим.

У меня отлегло от сердца.

– В результате проверки твоей земной жизни, мастер Гусь, -провозгласил Приврат торжественным голосом, – ты достиг тридцать третьего уровня мастерства.

– Извини, ты, часом, не ошибся? – уточнил я. – У меня ведь был тридцать первый уровень.

– Никакой ошибки нет, – Приврат ткнул пальцем в экран, – тут так и написано: тридцать третий уровень.

Ладно, тридцать третий так тридцать третий, спорить не буду.