Эпсилон

– Мне всего-то осталось – взять у неё телефончик, и всё, а ты сиськи мнёшь, – я уже начинал злиться, хотя понимал, что конец моей миссии был прост только на словах, на деле же ещё ничего не было ясно, но и шанс вернуться обратно в клуб я тоже не хотел упускать.

– У меня объектив сломан, мне его разбили, – сказал Гаста и показал трещину на объективе.

– У тебя, блядь, сто объективов, чё ты мне пиздишь! – я был настроен весьма серьёзно.

– Они же все разные.

– А, и такого, конечно же, больше нет.

– Нет.

– И такого, с которым можно было бы свадьбу пофотографировать, – тоже.

– Такой найду.

– Чё ты мне мозги пудришь? Заебал! – этот спор шёл в никуда.

– Ещё, похоже, затвор по пизде пошёл, точно не знаю, надо в ремонт сдавать, – не отступал Гаста, разглядывая сломанный фотоаппарат, пытаясь выявить поломку.

– Его долго будут делать? До следующей пятницы не починят?

– Откуда я знаю? Я даже понятия не имею, как до него добраться.

– А чё ты тогда говоришь, что затвор сломан?

– Я просто так сказал.

Факт – фотик сейчас не работает.

– В чём проблема? – я уже был близок к тому, чтобы его уговорить.

– Мне ремонт может обойтись в половину стоимости фотика, ёпта!

– Я тебе половину от стоимости ремонта оплачу, – я не отступал. – Гаста, ты не можешь так поступить со мной, ты мне всю дорогу сюда говорил, что мне сегодня светит, все мокрощелки мои, такие песни пел, вогнал в меня Иисуса и одиннадцать апостолов…

– Их двенадцать было, – перебил Гаста.

– Петя не влез! А сейчас не можешь для меня согласиться на эту шнягу?

– Вот именно – шнягу. Я не буду подписываться на это говно, – Гасте явно было насрать на мои светлые чувства к Елеанне.

– Сука, будешь! Писанёшься! – от злости моя скула стала ныть сильнее.

– Вы долго там ещё? – сзади стоял Ксюхан, и он, похоже, уже замёрз. – Мы тут, нахуй, на морозе!

– Нет, – я снова повернулся к Гасте. – Ну, я жду. Как мы с тобой поступим? – я уже готов был ему врезать.

– Сука, блядь! – Гаста тоже разозлился.

 – Если ты её не выебешь, а я знаю, у тебя постоянно так, сначала: «Да, это она, любовь всей моей жизни», а потом: «Да ну, разонравилась что-то, она тупая шлюха и пизда», – Гаста и правда меня очень хорошо спародировал, я начал улыбаться, понимая, что он сейчас согласится, – я тебе ёбну! И даже не просто ёбну, я тебя выебу в жопу!

– Идёт, любимый, – я поцеловал его в щёку.

– Фуууууууу, пидоры, ну сколько можно? – поморщился Ксюхан.