Призвание – писатель. Том 1

Девушка не удержалась и провела рукой по гладкой поверхности. Это был подарок отца на пятнадцатилетие дочери. Секретер заказывали у какого-то умельца из Москвы. Вырезанные узоры на ножках были покрашены в голубой цвет, диковинные цветы по бокам отливали всеми оттенками синего и бирюзового. Анна ахнула, когда увидела этот подарок. Просиживала за ним часами, мечтала, писала письма, читала книги и наслаждалась завистливыми вздохами Али.

Спустившись, Анна увидела отца, стоящего посреди гостиной в мундире и с шашкой в ножнах; трость была небрежно отброшена в сторону.

По решительному взгляду генерала и твёрдо сжатым губам она всё поняла без слов.

Девушка поставила чемоданчик на пол и, оглянувшись на растерянную Зою, подошла к отцу и встала перед ним на колени.

– Встань, Анна! Ты же понимаешь, я не могу опуститься на колени без помощи, не заставляй меня показывать мою беспомощность.

Анна послушалась и, вытирая лицо рукой, встала:

– Папа, я прошу тебя. Нам надо уйти, сейчас.

Василий Васильевич убрал с лица дочери упавшую прядку волос и поцеловал в лоб:

– У меня отняли сына, двоих сыновей.

Отняли Родину, по крайней мере ту, которой я присягал. Я генерал, Анна, я патриот и я хозяин этого дома. Мне противно даже от мысли, что придётся оставить им всё так, как есть, бежать, прятаться, скрывать своё происхождение и пройти все те унижения, которые выпадают на долю дворян.

– Но они же убьют тебя! – Анна схватила руку отца и прижалась к ней губами.

– Да, скорее всего, так.

– Тогда я останусь с тобой.

Генерал с силой прижал к себе дочь и, сжимая в объятиях, зашептал:

– Анна, ты должна жить, выжить. Понимаешь? Если для тебя ещё что-то значит слово больного старика, то заклинаю: уходи немедля. Вероятность того, что меня оставят в живых, мала, но я хочу принять смерть достойно. Защищая свой дом, свою честь и имя. Все издевательства и насмешки я готов снести. Быть убитым? Да разве это страшно? Страшно смотреть, как гибнет твоё дитя, как сносит издёвки. Позволь мне до последнего остаться человеком чести.

Уходи. Если они попытаются что-то сделать с тобой, я не вынесу. Я просто превращусь в жалкого старика, по ошибке надевшего на себя погоны генерала. Понимаешь?

– А что же будет со мной? А как же я? – Анна отодвинулась от отца и посмотрела на него покрасневшими от слёз глазами.

Генерал глубоко вздохнул и потёр рукой бледную щёку Анны.

– К сестре моей, игуменье Ефимии, в монастырь поезжай, там укройтесь. Примет она, знаю.