Российский колокол № 1–2 (34) 2022

Отверста даль – иди, куда захочешь,

Да чаянья молчат.

Отчаянной до истеченья ночи

Сидеть, потупив взгляд.

Нас, ошуюю сидящих, всех минуют

И милости, и честь.

Одумавшись когда-то, одесную

Предложат пересесть,

Но красные останутся пустынны —

И угол, и скамья…

Напрасно одесную место стынет,

Как эта ночь моя…

Слово

Извечное начало всех начал —

Творящее и творческое слово,

Из ничего родившееся словно,

Обро?ненное будто невзначай.

Является нам слово и звучит

В призыве трубном, в лепете чуть слышном,

В ржаных колосьях, в буйном цвете вишен,

В пожаре и в мерцании свечи…

По слову совершается исход,

Проносятся эпохи как мгновенья,

Творится хаос светопреставленья,

И умиротворенье настаёт.

Скрещение космических орбит,

Чертёж замысловатый инженера,

Указанный народом символ веры

Живое слово предопределит.

Единая основа бытия,

Оно – и прародитель, и предтеча,

Диктат, увещевание и вече,

Оно – весь мир, и в этом мире – я…

Писатель

Вне времени, но в каждом из веков

Есть свой источник мудрости и чести:

Писатель, что чудак из чудаков,

Вселенские несёт планете вести.

Он разнолик, но в том равновелик,

Он в рубище, но есть над ним корона.

Интуитивно предречёт он миг

Судьбы свершенья и сверженья трона.

Андрей Митин

Родился 30 августа 2000 г. в городе Новосибирске.

Студент НГПУ. Организатор литературной аффинити-группы «Надо так».

Лауреат конкурса «Зеркало революции» журнала «Аврора», в 2020 г. вошёл в лонг-лист премии «Лицей». Пишет стихи на протяжении восьми лет.

«Мой дух теснят дощатые часы…»

Мой дух теснят дощатые часы,

склонили головы седые гвозди.

Когда осенние челны

придут, печальны и честны,

прошу тебя,

будь, как и прежде,

будь везде,

будь возле.

К Элизе

Зыбкий подножный субстрат стоит на горбатых китах,

живёт в неустойчивом русле Гераклита,

единственный твёрдый фундамент – могильная плита,

панцири черепах и раковины улиток.

Соль земли состоит из отдельных щепоток.

От зубов отскакивает пламенный язык Герасима,

занюханный кухонный шепоток

на руку сильным мира сего.

Под нами волнуется Тетис,

необузданный кипяток,

громоздится над нами Тетрис,

панельно-шаток,

нас с молотка,

с прилавка

толкает в оптовую пропасть вселенский торг,

как итог —

грибным дождём разольётся новая Хиросима.