Шестнадцать тон

Шестнадцать тон

Казимир Яворскисс

Юная Алексия растет в неблагополучной семье: отец пьет, мать работает в несколько смен и не уделяет девочке должного внимания. Она заводит нового друга – существо с оленьим черепом и в элегантном тренче по имени Шестнадцать тон. Он заменяет родителей и проходит вместе с ней все трудности становления личности. Но куда приведет эта необычная дружба? Найдет ли Алексия себя?Содержит нецензурную брань.

Казимир Яворскисс

Шестнадцать тон

Так говорил мой отец

Сколько себя помню, отец всегда говорил: «Есть только одно лекарство для души и тела – это водка.

Бахнул стопочку – и хорошо!» Поэтому чувствовал он себя в половине случаев как полагается. Он был не самым плохим человеком. Когда он возился со мной маленькой, будучи пьяным или еще реже – трезвым, я забывала про все невзгоды, заливаясь задорным детским смехом.

У отца никогда не было стабильный работы. Пять лет до моего рождения он работал электриком. После этого сменил бесчисленное множество мест работы, и с каждого его выгоняли за прогулы.

А прогуливал он потому, что пил. Семья существовала за чертой бедности, а между тем я росла, и мне требовались должное внимание и обеспечение. И тут были проблемы по обоим фронтам: папа либо работал, либо пьянствовал, а мама работала в две смены на заводе, стояла у плиты, драила заблеванный отцом пол и стирала семейные обноски. В отличие от отца она была суровой женщиной. Про таких говорят: «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет».

Родители познакомились на заводе. В те времена отец пил в разы меньше, был хорош собой и даже пытался строить карьеру – за три года дослужился до старшего электрика. История моего происхождения проста как дважды два: успел вовремя вытащить – хорошо, не успел – авось прокатит.

Не прокатило.

Но отец сказал тогда матери: «Человек, собака такая, ко всему привыкает. Вытянем».

Так, в 1996 году общество пополнилось на еще одну ячейку семьи Редько. В том же году родилась и я, Редько Алексия Сергеевна.

Имя с ударением на предпоследний слог.

В ЗАГС ходил регистрировать меня отец. В тот день он был явно «не в зуб ногой» с примесью лиричного настроения. Он всегда хотел сына и наверняка знал, что назовет его Алексеем. Я нарушила его планы, и по части имени он отыгрался на мне.

– Пусть будет Алексия. Ну а хули, так и так «Леха», только без краника.

Шестнадцать тон

Он появился в моей жизни молниеносно. Он был и остается мне другом.