Проект Стокгольмский синдром

Крепко сжав кулак, ударяю по кафельной стене, разбивая костяшки пальцев до крови, и эта боль заглушает шум в ушах. Дышу часто и прерывисто, а сердце колотится, разгоняя кровь по венам с удвоенной скоростью.  Затем чувствую прикосновение теплых ладоней, контрастирующие на фоне холодной воды. Обе руки бесстыдно огибают мою грудь со спины, и ею я ощущаю возбужденные соски, обнаженная грудь девушки касается моего тела. Хватаю за кисть, прекращая попытки меня увлечь своими ласками, которые только удовлетворяют потребность, но не мое сердце – в нем нет места для другой, так отчаянно желающей заменить мою жену.

– Прекрати, – грубо приказываю, затем отодвигаюсь и вовсе выхожу из-под душа. Мелкие капли стекают по моему телу, и я тут же надеваю банный халат. Не смотрю на девушку, но нутром ощущаю ее злые искры.

– Какая муха тебя укусила? – с недоумением, Диана задает мне вопрос, немного повышая тон голоса. Она не встала под струю воды, прекрасно знаю, что я пользуюсь только холодной, смывая с себя ее запах.

Ненавижу себя, но и сделать против природы ничего не могу. Женское тело с легкостью завладело моим разумом, вырабатывая эндорфины, но они только маска, которая скрывает меня от внешнего мира. Диана нахмурилась и, уперев руки в бока, огибая пальцами тонкую талию, кивнула мне, а потом продолжила: – Объясни, – вновь пытается вывести меня на разговор, но я лишь молча взглянул на нее, с безразличием, а затем вышел из ванной комнаты, захлопывая за собой дверь. Слышал ее рычание и то, как она швырнула что-то пластмассовое, попытавшись обуздать в себе гнев.

Быстро проверяя свою электронную почту, отметил важные сообщения от коллег по работе, не забывая фиксировать в записной книжке нужные мне встречи. После трагедии, случившейся в моей жизни, я оставил все, что меня связывало с Францией, искусством и домом, уехал подальше ото всех, чтобы не видеть лиц, которые наверняка меня осуждают, а может и обвиняют. По крайней мере два человека точно относятся ко второй категории.

Родители моей Оли. Меня начинает трясти, как только имя проносится в голове, и будто снова слышу ее любимый голос, произносимый мое имя.

– Лёня…

Недолго думая, достаю из своего портфеля таблетки, которые мне помогают временно заглушить этот шум, но взглянув на две маленьких пилюли, осознаю, насколько стал от них зависим. Роюсь в памяти, как давно я стал их принимать, подсчитав время, ужаснулся – полгода, это не маленький срок.