Проект Стокгольмский синдром

Поворачивается ко мне, показывая улыбку на лице и искреннее выражение лица влюбленной женщины, а меня воротить начинает.

– Ты позвал, потому и здесь, – просто отвечает, параллельно надевая шерстяное платье, и приступая к колготкам. – Ты остался недовольным? – искривив свои брови в недоумении и непонимании, она уставилась на меня, ожидая оправдательного ответа. Но я только качаю отрицательно головой.

– Это бессмыслица, – фыркаю. – Диана, я не собираюсь давать тебе обещаний. Не думай, будто не вижу твои замыслы, – подхожу к своему рабочему столу, беру портфель и пальто.

 – Интрижка, не более.

– Но это не так, – смеется, а потом сама направляется ко мне, встав прямо передо мной. Кладет ладони мне на грудь и нежно поглаживает ткань рубашки, словно пытается отыскать дорогу к телу и сердцу. – Леонид, – обращается ко мне, кистью касаясь моей щеки, покрытой густой, отросшей щетиной. Я избегаю ее взгляда, но она упорно его ищет. – Посмотри на меня, – гладит и успокаивает, но я чувствую, что Диана играет мной.

 – Сколько мы с тобой вместе, – начинает издалека, тогда, когда мы действительно были друзьями и напарниками.

– Разве для тебя этого мало?

Убираю с себя ее руки и направляюсь к выходу, но коснувшись ручки двери, я остановился, на секунду задумался, а потом, не глядя на нее, проговорил громко и четко.

– Больше не ищи со мной встреч. Все кончено, – только делаю шаг, но истерический хохот девушки меня останавливает, заставив каждый волосок стать дыбом от напряжения.

– Пусть будет, по-твоему, – говорит, но слова для нее, будто яд, от которого пытается избавиться. – Сам себя загнал в такие рамки, что не различаешь, где реальная жизнь, а где твои выдумки. – Она замолкает, собравшись с мыслью, практически выкрикивает: – Её больше нет! Нет!

– Замолчи, – не знаю, как сам оказался возле Дианы и схватил за шею, сжимая артерии. Ее слова, как приговор, прогремели в комнате, и разозлили меня до предела.

 – Замолчи, – еще тише произношу, продолжая сдавливать тонкую шею. – Что ты знаешь? Ты когда-нибудь любила по-настоящему, а? – криком задаю вопрос, ослабляя, но не выпуская из хватки. Диана держится обеими руками за мою, но не сопротивляется, глядя прямо в глаза, глотает ртом воздух. – Я хотел нормальной жизни, рядом с женой, – говоря эти слова, мне режет от боли глотку. – Я хотел просто тихо уйти, но ты, – приближаюсь к ее лицу на уровне глаз.