Проект Стокгольмский синдром

– Всего доброго, – сквозь зубы проговорив слова, с характерным скрежетом отодвинул стул и выхожу из застолья, совершенно наплевав на их реакцию в виде удивления и ахов, пронесшихся эхом по залу.

– Я тебе не позволял покидать место, – прогремел его голос, затем уже вскочила мама и рванула за мной, потому как я в это время вышел из комнаты и направился вверх на второй этаж, где все ещё была моя спальня.

– Лёня, – мама окликает меня, и я оборачиваюсь на лестнице. Она нагнала меня, чуть запыхалась, но держится и дышит глубокими вдохами, чтобы унять все ещё присутствующую боль от ранения в недавнем прошлом.

 – Просила тебя, проигнорируй, – качает головой, выравниваясь на ступеньках со мной, смотрит в глаза, затем берет в ладони мое лицо. – Ты его знаешь, брат твой тоже, да все окружающие в курсе об отцовских вспышках. Мы не в силах переделать то, что само по себе не изменится никогда.

– Почему ты всегда его защищаешь? – с прищуром задаю вопрос, хотя не имел никакого права этого делать.

Плечи мамы поникли, и она выпустила из колыбели своих рук мою голову, а я будто потерял вновь что-то родное.

– Наверное, потому что всегда буду его любить, сынок, – с грустью улыбается, но глаза выдают её душевную боль. – Владимир подарил мне замечательных сыновей, а разве этого мало для женского счастья? – риторический вопрос, но я все же на него отвечаю.

– Мало, мама, – искренне шепчу. – Ты отдаёшь гораздо больше, чем берешь взамен. А значит, намеренно жертвуешь собой, чтобы он лишний раз убедился, что имеет над тобой верх.

– Пусть будет, по-твоему, сын. Чужая душа – потёмки, – усмехнулась, приводя в пример поговорку.

– Но не родная, – сказал, как отрезал. Мама устало кивнула.

– Ладно, – хлопает меня по груди и надевает свою дежурную улыбку. – Ты устал, и, знаешь, это было плохой идеей, организовать банкет, но опять-таки, я не могла и ты это понимаешь, – мама целует меня, а потом спускается с пару ступенек, но оборачивается: – Не бери в голову его слова, отец в последнее время сам не свой, я говорила тебе об этом по телефону.

Позже еще поднимусь к тебе, и мы обязательно поговорим, – улыбается широко и озорно. – Все, пошла держать в узде Степана, – шутит мама, заставив меня рассмеяться, на что только ухмыльнулся и пожелал ей удачи. Проводив маму взглядом, я ещё раз убедился в том, насколько она сильная женщина. И как бы ситуация не вошла в тупик, мама обязательно находила выход.