Блокnote

Каждая минута приближала меня к морю и смерти. Периодически наоборот. Проезжая мимо поста, мы с водителем проявляли такой живой интерес к дороге, что даже инспектору это показалось подозрительным. Да-да, это самое подходящее слово.

Отношение моего водителя к дороге такое необязательное. Думаю, он не был атеистом: столько раз положиться на руку господа за десять минут мог только искренне верующий человек. Вся наша поездка строилась вокруг веры. Моей – в водителя, его – в бога. Гражданин инспектор верил в закон.

В закон подлости, видимо. Вызывает он водителя, тот нежно, как к матери:

– Дорогой, что ты хочешь, без проблем, брат. Вот, держи, дорогой, – протягивает документы и выходит из минивэна. Жду. Рассматриваю стёртые кнопки приборной панели, дверных ручек. Этот аутентичный и сугубо интуитивный интерфейс. Смешно, наверное, наблюдать, как люди бьются в истерике, не понимая, как выбраться из этой адской колесницы. Несколько минут ожидания, второй инспектор у моего окна, искра, буря:

– Документики предъявляем.

В целом вы подумали верно. Бумаги мои лежат в багажнике минивэна, из которого нет выхода. Мои глаза выдают панику, тёплый уютный бушлат пускает слюну:

– Документы, говорю, предъявляем, чего сидим.

А мы не сидим, я поворачиваю голову вправо, размышляя о том, может ли хокку быть молитвой японским богам в этой машине смерти. Ответ – нет. Метод перебора, он же в простонародье – тыка, зажигает фары, гасит их, включаются дворники. Ручка непоколебима.

Фуражка в азарте, водитель в лёгком бреду, я чувствую, как он медленно отрекается от меня. Ладони вспотели. Иду ва-банк. Не без труда опускаю стекло до конца и крайне вежливо:

– Не могли бы вы попросить моего друга открыть мне дверь? – мой друг слышит это и молчит. Немая пауза затянулась. Я нахожу глазами водителя и вижу, что его смуглое, но дико побледневшее тело медленно срывается с места и направляется ко мне. Он любезно открывает для меня все двери. Я достаю из портфеля паспорт, показываю.

– Пройдёмте в отделение, – говорит он мне.

– Собственно так я сюда и попал, а тебя уже досмотрели?

– Да ты чё, я воробей стреляный, не ссы.

Нас перебивают:

– Молодой человек! Да-да, вот вы. Держите документы, просим прощения за доставленные неудобства, – меня любезно доводят до металлической двери.

– Merci, господа.

Смотрю попутку, стоит мой минивэн, и это радует, именно теперь очень даже радует.