Глас вопиющего в пустыне

Но когда эта тетка Вера состарилась и больше всего нуждалась в помощи и заботе близких, ее дочь сначала отселила беспомощную старушку в какую-то коммуналку (с глаз долой), а когда она вскоре попала в больницу, и начались ее последние часы пребывания на этой земле – дочь специально отключила телефон, чтобы ее не позвали к умирающей матери: не хотела себя «расстраивать» этим не очень-то приятным зрелищем!

Потом стало известно, что старушка, умирая, очень просила медицинский персонал позвонить дочери, чтобы та приехала попрощаться (она понимала, что умирает – была в полном сознании) – но так и не дождалась…

Аделаида не была знакома с теткой Верой, или, лучше сказать, была знакома с ней «заочно» – потому что иногда та от скуки звонила, и, если Манечки не было дома, с ней приходилось общаться Аделаиде.

Они говорили часами. С точки зрения Аделаиды, старушка была правильным человеком, чего стоил один только ее принцип: в жизни ничего не нужно, кроме чашки и ложки. Аделаида была с ней глубоко солидарна.

Вот какие воспоминания пришли Аделаиде в голову, пока она пила кофе. Но с этой «больницей для бедных» оказалась связана и жизнь Катюшки, которая уже в утробе матери подверглась угрозе. Аделаида продолжала вспоминать о своем пребывании в этом довольно страшном месте.

У Аделаиды ведь должен был родиться ребенок (она была на третьем месяце беременности), поэтому, узнав, что у девушки, которую привезли вслед за ней и положили рядом, на соседнюю койку, обнаружен сифилис, Аделаида решила сбежать оттуда как можно быстрее.

На пятый или шестой день после операции она спросила у врача на обходе:

– А можно мне встать – нитки не порвутся?

Врач ее уверил, что нитки выдержали бы даже кита, и Аделаида встала с постели, хоть и было еще очень даже больно. Тогда она была стройная, изящная, весила всего 47 килограммов, и все у нее быстро зажило. (Папочка с сыночком, узнав, что она попала в больницу, прибежали к Инне Исааковне и стали умолять ее, чтобы она ликвидировала их общее чадо, но было уже поздно.

Ребенка сохранили, потому что перед тем как вырубиться, Аделаида просила об этом, а Инна Исааковна оказалась замечательным хирургом).

Так что опыт общения с медициной Аделаида имела богатый, хоть и, можно сказать, принудительный, потому что по пустякам к нашему здравоохранению Аделаида старалась не обращаться.