Капитанский тест

Охота всех увидеть!

– Ты вернулся! Я так рада!..

Сердце её замирало от восторга.

– Обязательно приходи ко мне! Тебя сюрприз ждёт.

– Сюрприз? Какой?

– Приходи – узнаешь, – заинтриговал он.

После этого звонка она не находила себе места. Пыталась представить их встречу. Каким он стал? Что ей лучше надеть завтра? Вернулся! Наконец-то! Теперь она не будет ежедневно проверять почтовый ящик в подъезде: есть ли армейское письмо? Будет живое общение! Сколько писем улетело ему и прилетело ей! Митя отвечал не сразу, писал коротко.

Она торопилась с ответом, отложив институтские задания, слала ему свои длинные воспоминания и размышления, рассуждая про себя: «Пусть поймёт, что для меня отвечать ему – дело первейшее. Солдатам армия кажется длинным тёмным коридором, а письма, как фонарики, помогают поскорее преодолеть путь и выйти на свет…»

Вечером, уединившись в своей комнате, она взяла толстый фотоальбом. В него она часто заглядывала. В нём – сокровенные фото школьных лет. Вот общая фотография 1 «А» класса: Ира с большими белыми бантами в косах, а рядом Митька, коротко подстрижен, в белой, хорошо отутюженной рубашке, улыбается – в круглых щёчках глубокие ямочки.

В младших классах она вглядывалась в этого мальчика, смущалась и краснела. Ира листала альбом дальше и любовалась Митей-подростком, всегда аккуратным, в модных рубашках и костюмах благодаря маме-швее…

Десять школьных лет она хранила и оберегала эти чувства. За партой Ира украдкой разглядывала его профиль: высокий, наполовину прикрытый чёрными завитками лоб, густые чёрные брови, ровный нос.

Восхищалась его огромными сильными руками, умеющими ловко хватать и бросать мяч. Детское чувство к Мите, рождённое в ней в младших классах, не увядало, а укоренялось, набирало силу и вместе с ней взрослело.

– Ты ленишься учиться, Митя! А мог бы школу окончить без единой тройки, – в старших классах твердила ему учительница. – Футбол тебе мешает или девочки?

Митя невозмутимо молчал, как будто ему было безразлично, что о нём думают и куда приведёт его дорога.

А Иру колола учительская критика о нём. Ира болела за каждую его оценку, приходила в класс пораньше и спрашивала:

– Мить, домашку сделал? Если нет, возьми мою тетрадь, скорей перепиши… Что-то непонятно – спрашивай, объясню…

Она готова была оставаться после уроков и заниматься с ним хоть до утра, чтобы подтянуть его, наверстать упущенный материал. А он отмахивался:

– Зря стараешься.