Капитанский тест

Слегка щурил крупные глаза светло-янтарного цвета, при этом на его межбровье появлялись складки.

К ним подошли парень с девушкой. Рассматривая разложенные портреты, пошептались.

– Нас нарисуете завтра? – спросил парень.

– Очередь, – ответил художник.

– Нас вне очереди!

– Я художник, – спокойно подчеркнул мастер кисти.

– Не понял. Ну художник, и что? Дороже? Не вопрос! Мы заплатим за скорость вдвое больше, – настаивал парень.

– Я художник, – повысил тон художник. – Я не коммерсант. Не могу отказать тем, кому пообещал.

Молодые люди переглянулись и, одновременно прыснув от смеха, обнявшись, побрели вдоль берега…

Ирина некоторое время молчала и старалась не шевелиться.

– Это будет мой первый портрет, – высказала она мысли вслух, желая прервать затянувшееся безмолвие. – Хотя нет…

Художник, будто не слышал её, продолжал работу, часто перенося взгляд с её лица на холст, иногда сдвигал брови в задумчивости.

– Ой, я забыла вас предупредить, – Ирина поправила волосы, напустив прядь на правую щёку.

 – Вы, пожалуйста, не рисуйте моё родимое пятно. Художник отложил кисть, снял испачканные краской перчатки, тщательно вытер влажной салфеткой руки. Нежно приподнял прядь её волос и задумчиво провёл рукой вниз по щеке до подбородка. И вдруг восторженно выкрикнул, словно его осенило и он сделал открытие:

– Знакомое лицо! Два часа вспоминал, где мы раньше встречались. Да как же я сразу вас не узнал!

Её глаза широко раскрылись, выражая удивлённое недоумение.

– А разве мы знакомы?

– Знакомы!

Его как прорвало, он обрадованно говорил и говорил, будто встретил дорогого человека, много лет назад потерянного.

– Не сразу узнал! Эта встреча – что-то невероятное!

– Нет, нет, не может быть, – твердила она. – Вы ошиблись.

– Я не ошибся.

– Но я вас не припоминаю.

– Помолчите, Ира. Дайте мне закончить работу, – он решительно надел перчатки и взял в руку кисть.

Ира? Он угадал имя или в самом деле знает? Она молчала и напрягала память, пыталась хоть что-нибудь о нём вспомнить.

Где пересекались их пути? В памяти мелькали силуэты прохожих с незнакомыми лицами, длинные нити дорог переплетались и скручивались в огромный клубок.

Всё время, пока он продолжал работу, его желтоватые глаза лучились, становились светлее, зрачки расширились, лицо выражало удовлетворение.

Наконец он выдохнул:

– Готово!

Отложил кисти, снял перчатки. Расстегнул молнию спальника и подал натурщице руку.