Нравы времени

Теперь взамен луны в окно

Глядит светильник столбовой,

Его свет яркий (вот кино!)

Безликий в комнате жилой.

«Писать стихи – проклятая работа…»

Писать стихи – проклятая работа:

В душе, в уме тревожная забота,

И вместе с тем какая благодать,

Когда находишь что и как сказать.

То дар от Бога – просто наказанье!

В трудах… в трудах поэта всё признанье

Иль в них забвение произойдёт,

Когда себе бесславно изберёт

Вдруг путь, не предназначенный поэту, —

Тогда и бессловесно он по свету

Пойдёт… И лишь поэт (как налегке)

Умеет говорить на языке,

Которым живо сам Господь владеет.

Поэта сердце чувством пламенеет,

А разум человечески-земной

Непостижим отчасти… да хмельной.

Тучи

В тени, под тучей, что всё небо

Сплошной заволокло завесой,

Томлюсь безумствуя, нелепо,

Живу и радуюсь повесой.

Во мне холодны побужденья:

В груди тоска, а разум тупо

Твердит пустые откровенья,

Что жить бессмысленно и глупо.

Водою полно небо-туча,

Да только вот дождём пролиться

Никак не может… Очень жгуча

Пустая жажда насладиться.

Так и во мне: тоскливо, мрачно.

Не лью, не лью теперь я слёзы.

Хоть плачь, хоть нет – уж всё напрасно.

Но тешат грудь мою лишь грёзы.

«Идти, бежать и спотыкаться…»

Идти, бежать и спотыкаться;

Споткнувшись, падать и вставать;

Вставая, не со зла ругаться,

В конце упоминая мать.

Конечно, падать очень больно,

Но время всё ж торопит жить.

И так спеша, непроизвольно

Уходит время. Но как быть?

Идти, бежать, не спотыкаться

И время никуда не гнать,

Чтоб после с болью не ругаться,

Не впутывая в ругань мать.

Лермонтов

Злой гений с грустными глазами

Людей пороки выявлял,

А между добрыми делами

В себе он зла не замечал.

Среди людей жил одиноко,

И гордостью был полон дух.

Играл друзьями он жестоко,

К предупрежденьям их был глух.

Поэт!.. Его печальны мысли:

Печальны в прозе и в стихах,

Они из адской муки вышли —

Им возвратиться вновь никак.

Злой гений с грустными глазами

Врагов же дружбу не ценил,

Зато друзей вражду стихами

Поэт зло, гордо возносил.

Смеясь (смеялся звонко, едко),

Всё видел из небытия,

И потому поэт так редко

Счастливым видел сам себя.

Увы, недобрый покровитель

Поэта на земле берёг,

И вдруг его подземный житель

От худшего предостерёг.