Липкие сны

Во мне что-то щелкнуло, как будто свет включился. Наверное, подсознательно я хотел увидеть тебя. Ведь у нас было так много общего в юности.

Он замолчал и посмотрел на дорогу. Мы все также ползли в потоке машин.

– Может, это просто ностальгия о себе – любимом, молодом. – Он скривил губы в улыбке. – Итак, куда тебя подвезти, Андрей?

– Здесь недалеко. Еще полторы остановки, и будет мой дом.

– Так ты живешь здесь? Давно?

– Почти двадцать лет. – Я глубоко вздохнул и почувствовал облегчение. В конце концов, в этом нет ничего необычного.

Встретились, поговорили, вспомнили юные годы и разошлись. Совсем необязательно поддерживать в дальнейшем это знакомство.

– Родители разменяли квартиру, когда я женился. Таким образом, я и оказался здесь.

– Понятно. И как они?

– Кто? – Я не сразу понял его вопрос.

– Твои родители. Мария Васильевна и Петр Николаевич. Видишь, я помню, как их зовут.

– Они умерли. Десять лет назад. Сначала мама, потом отец. И года не прошло.

– Прости, Андрюш! Я и подумать не мог, что так рано.

Правда, прости. Мне очень жаль.

– Не переживай. Для меня все это в прошлом. Но, мне приятно, что ты не забыл. Даже помнишь их имена.

– Хорошие были люди, земля им пухом. Но, расскажи о себе, Андрей. Как ты живешь? Чем занимаешься?

– Как живу? Как все, наверное. Тихо и незаметно. Работаю корректором в издательстве. Чисто техническая работа, хотя иногда бывают яркие моменты. – Я замолчал, пытаясь вспомнить последний редактируемый текст.

– А дети есть? – Своим вопросом Пирогов выел меня из замешательства

– Да. Дочь, Женечка. Студентка. А у тебя есть дети? Да. И как твои родители? Я тоже помню их. Мы же так много времени проводили в вашей квартире. Помнишь?

– Конечно, помню, Андрюш! Папа умер несколько лет назад. Мама – жива, но в очень плохом состоянии, болеет. Сам понимаешь, возраст.

– Понимаю. И надеюсь, она поправиться.

– Это вряд ли. Знаешь, когда я вижу, как она страдает, я думаю, может лучше ей уйти без этих мучений.

Да и возраст уже такой, что надеяться на улучшение просто глупо.

– Сочувствую. Наверное, тебе сейчас нелегко.

– Ты прав, Андрей. Нелегко. – Пирогов надолго замолчал. – Зато в остальном, никаких проблем. Но, ты же помнишь времена нашей лихой молодости, нашу компанию. Как все мы тогда мечтали о красивой жизни, дорогих иномарках. Сейчас, когда все это есть, мне не хватает именно того задора, который был у меня тогда. Чувства свободы.