Наследники дяди Гиляя

В Колымских лагерях пытается бежать, попадает в штрафной прииск – и добавляет себе срок. Здесь он заканчивает медицинские курсы, работает в лагерных больницах фельдшером.

Работает в Якутии, зарабатывая на билет в Москву.

«Колымские рассказы» – программное произведение состоит из шести циклов. Шаламов описывает жизненный путь людей, которые были сломлены системой. Шаламов был убежден, что лагерь абсолютно для всех является отвратительной и ужасной школой. Он негативно отзывается о Солженицыне.

Отказывается от предложения Солженицына работать над «Архипелагом ГУЛАГ» вместе и запрещает Солженицыну использовать свое имя в его материалах. Шаламов считает, что Солженицын сделал себе имя за счёт спекуляции темы лагерей. «Архипелаг ГУЛАГ» оставляет в тени «Колымские рассказы». Шаламов хотел, чтобы его рассказы выходили в своей стране, чтобы вышли за пределы самиздата, но этого не случилось, этому помешала популярность Солженицына.

Шаламов считает, что лагерь – это опыт отрицательный полностью, что лагерь растлевает всех.

Для Солженицына, и это видно в «Одном дне Ивана Денисовича», лагерь – место очищения, и, вообще, Россия должна пройти «большевистское искушение», чтобы очиститься. Шаламов считает, что Солженицын пишет не всю правду о лагерях. В «Одном дне Ивана Денисовича» в лагере живёт кошка. Шаламов считает, что в лагере на Колыме кошку бы съели.

Шаламов категорически не хотел участвовать в политических играх. Он писал, что самиздат и тамиздат – это оружие двух разведок.

А Солженицын в борьбе участвовал, и сам был орудием «холодной войны». И в этом тоже разница в их судьбах, – большая разница. Единственный легальный рассказ Шаламова вышел в 1965 году в журнале «Сельская молодежь». А «Колымские рассказы» вышли уже после смерти писателя. В 1965 году на полуофициальном вечере, посвященном памяти Осипа Мандельштама, Шаламов читал рассказ «Шерри-бренди».

В основе сюжета – умирающий в ГУЛАГе поэт.

Рассказ – дань поэта своему другу по искусству и судьбе. Больной Мандельштам читает у костра сонеты Петрарки. В президиуме заволновались и передали ведущему вечера записку: прекратить чтение. Ведущим был Илья Эренбург, он спрятал записку в карман и дал возможность дочитать рассказ. Выступление было принято с восторгом. Шаламов вошёл в литературный круг Эренбурга. Завязалась дружба с Надеждой Мандельштам. Вскоре он был представлен Анне

Ахматовой.