Ход убийцы. Cобрание сочинений в 30 книгах. Книга 29

На самом деле Михаэль с Сарой, надо полагать, разыгрывали перед Хузманом очередной спектакль – радость по случаю освобождения, ибо праздовать потерю денег было, конечно, нелепо. Сара приготовила индейку и несколько салатов. Из напитков был сухой «Хеврон», коньяк «Наполеон» и водка «Старка».

– Салаты Сара готовила сама? – спросил я.

– Хороший вопрос, – кивнул Сингер. – Меня это тоже интересовало. Было пять салатов, три из них – баклажанный, острый и с хумусом – куплены в сепермаркете в квартале от дома, а два Сара сделала лично и утверждает, что ей никто не помогал.

– На стол подавала она сама?

– К этому я еще вернусь, Цви, не опережай события.

– Извини…

– Итак, вчера, покинув твой кабинет, я позвонил Хузману и пригласил его в свою контору, где около часа пытался добиться какой-нибудь дополнительной информации. Тогда-то я и узнал, что вечером Хузман отправляется в гости к Левингерам якобы для празднования выигрыша – все знакомые были приглашены еще в четверг, когда радость оставалась неомраченной, и отменять вечеринку Левингеры посчитали невозможным.

Хузман отправился домой, а я поехал на плантацию. Поиски заняли около часа, а потом стало темно, и я отложил осмотр до утра. Мне это не представлялось особенно важным, поскольку я, как и ты, полагал, что деньги должны находиться у Левингеров. Поэтому утренний осмотр плантации я поручил моему работнику…

– Кому именно? – прервал я.

У Сингера работали двое агентов – Хаббард и Подражанский, причем последний был, на мой взгляд, очень перспективным молодым человеком, он несколько лет назад служил в боевых частях, а потом работал в полиции, правда, служба ему не понравилась – рутина, – и он уволился, что вызвало удивление полицейского начальства, Подражанский был на хорошем счету.

Сингер пригласил его к себе вместо открывшего свое дело Оханы. Если Сингер отправил в рощу именно Подражанского, то за результат осмотра можно было быть спокойным. Если поехал Хаббард, я бы предпочел иметь еще один осмотр.

– На плантацию поехал Подражанский, – сказал Сингер, – а Рона я поставил около дома Левингеров, он должен был дать мне знать, когда глава семейства покинет квартиру.

Особенно, если в руках у него будут чемоданы.

– Но события развивались совершенно иначе, – продолжал Сингер. – Часов около трех ночи меня поднял с постели телефонный звонок. Это был Хузман – в полной панике, я не сразу понял, что произошло. Сара, по его словам, накормила гостей некачественной едой.