Ход убийцы. Cобрание сочинений в 30 книгах. Книга 29

 – Выпьем за то, чтобы выигрыш в ЛОТО достиг ста двадцати миллионов, и чтобы достался он кому-нибудь из присутствующих!

– Хороший тост! – захлопала в ладоши Лиора. – Я бы тогда точно купила лотерейный билет.

– Обычно люди делают наоборот, – Абрахам положил ладонь на руку жены. – Сначала покупают билет, а потом… живут до ста двадцати, чтобы успеть выиграть хотя бы сотню шекелей.

– Интересно, – задумчиво сказал Авигдор, обращаясь к Михаэлю, – что ты почувствовал, когда увидел по телевидению… или ты прочитал в газете?

– Я смотрел розыгрыш по телевидению, – сказал Михаэль.

Пожалуй, только Хузман, сидевший рядом, ощущал, как неприятно Михаэлю это воспоминание, как бы он хотел сейчас перевести разговор на любую другую тему, только бы не говорить о деньгах – пусть даже о десятишекелевой монете.

– И тебя не хватил удар, когда ты сверил числа? – полюбопытствовала Дорит, продолжавшая пожирать Михаэля страстным взглядом. Сара встала и, демонстративно стукнув стулом, вышла в кухню.

– Я… не помню, – сказал Михаэль.

 – Все было как в тумане.

Конечно, он прекрасно помнил этот момент. Они сидели перед телевизором втроем – Хузман всегда приходил к Левингерам по вторникам, чтобы вместе посмотреть, как проходит тираж. Сара отправила дочь в ее комнату заниматься, и, когда родители вдруг завопили, девочка выглянула в салон и удивленным взглядом окинула разбушевавшуюся компанию. Мать с отцом отплясывали посреди салона странный танец, а дядя Марк подбрасывал до потолка диванную подушку…

– Друзья, – сказал Хузман, допивая свой бокал.

 – Давайте не будем сейчас говорить о деньгах. Такая хорошая компания…

– Я же говорю, что ты завидуешь, – заявила Дорит. – Когда же говорить о деньгах, если не сейчас?

– Марк прав, – сказал Михаэль. – Давайте просто веселиться. Не знаю, лучше ли мне стало от того, что я выиграл. Честное слово, не знаю.

– Говори, говори… – усмехнулся Алон. – Если бы я выиграл хотя бы полмиллиона, я бы точно не стал об этом распространяться. Но веселился бы от души.

– А потом, – с вызовом сказала Дорит, – ты бы нарисовал большую картину, где изобразил бы этот миллион с натуры, и продал бы картину за два миллиона, а?

– И назвал бы картину «Натюрморт с миллионом», – подхватил Абрахам.

 – Хорошая идея! Михаэль, действительно, ты бы взял эти деньги наличными, и Алон бы их срисовал. По крайней мере память осталась бы, а то потратишь, и что сможешь вспомнить?

– О Господи, – вздохнула Лиора, – опять о деньгах. Давайте поговорим о детях.