Ход убийцы. Cобрание сочинений в 30 книгах. Книга 29

– Да… Понимаете, никто, кроме меня, не понимал, что происходит на самом деле. И Саре было трудно играть роль… ну, хозяйки, которая довольна всем на свете… Было видно, что она озабочена… Бледная какая-то…

– И вы отправились к ней, чтобы проявить сочувствие…

– Да…

– Сара была одна в кухне?

– Нет, в том-то и дело. Там была Лиора. И Абрахам. Мне пришлось взять тарелки и пойти обратно. А потом уже как-то случая не представилось…

– Когда вы вернулись из комнаты, где смотрели приз, – подошел я к вопросу с другой стороны, – не обратили ли вы внимания – может, на вашей тарелке что-то добавилось или, наоборот, чего-то стало меньше? В общем, произошло какое-то изменение?

– Нет? Что могло измениться?

– А на тарелке Михаэля?

– Откуда мне знать?! Я не смотрел… Погодите…

Он опять застыл, шевеля губами.

Я терпеливо ждал, не пытаясь на этот раз подгонять клиента наводящими вопросами.

– Мне показалось, – сказал он наконец, – что кто-то налил вина в мой бокал. Когда я выпил, в нем было меньше половины, а потом стало, по-моему, больше…

– В вине, – вздохнул я, – не было никакого яда.

Даже если кто-то и наполнил ваш бокал или другие, это никак не могло отразиться на здоровье.

– Да… Просто… Вы спросили.

– А на тарелке? Может, что-то изменилось и на тарелке?

– Что там могло измениться?.. Нет, не помню.

Я помолчал минуту.

– Послушайте, господин адвокат, – заговорил неожиданно Хузман быстро, заглатывая окончания слов, – может быть… Это страшно, если подумать, но… Может быть, кто-то из тех… Кто-то был связан с ними… С похитителями… Не знаю кто.

Но они могли подумать, что… Ну, что Михаэль проговорился… Или может проговориться. И тогда… Тогда ему заткнули рот, чтобы… Это ужасно, да? Кто-то, кого мы хорошо знали…

– Видите ли, дорогой Марк, – сказал я, – в таком случае, кто-то из гостей пришел на вечеринку с заранее обдуманным намерением убить Михаэля. Ведь яд он принес с собой.

– Или она…

– Или она, – согласился я, чтобы не вступать в ненужные пререкания.

 – И, к тому же, если мог проговориться Михаэль, то могла проговориться и Сара. А после смерти мужа эта вероятность еще более возрастала. Значит, убивать нужно было обоих. Между тем, Сара осталась жива. Нестыковка.

– Да… – разочарованно протянул Хузман и неожиданно понял. Глаза его расширились, и челюсть готова была опять отвиснуть, я видел, как бедняга сжал зубы. Я молчал, пусть Хузман додумает мысль до конца. Может, исходя из новой идеи, он что-то все-таки вспомнит.