Лестница в небо. Издание второе, дополненное

Борис Михайлович, в очках с дорогой оправой, с профессорской, аккуратно подстриженной бородкой, подтянутый, в чистейшем и отглаженном белом халате, сидел за большим столом с компьютером. Правая часть стола была вся заполнена большими и толстыми книгами, по видным ему корешкам Александр Иванович понял, что они все по урологии. Отдельное место занимала пачка журналов на английском языке.

…Английский в школе, где учился Саша, преподавала хорошая учительница и добрая женщина Диамара Григорьевна. Все в классе её любили и старались по английскому языку зарабатывать в дневник только «хорошо» и «отлично».

Саша как—то на перемене подошёл к Диамаре Григорьевне и спросил:

– Диамара Григорьевна, а Ваше имя греческое? – ответ его несколько удивил.

– Нет, Саша, имя моё родители составили из двух слов: «диалектический» и «материализм» – получилось Диамара! Папа мой был руководителем партячейки на заводе и Маркса и Ленина очень уважал. Вот так и назвал дочь, а мама не была против. Она хотела дочери только здоровья.

– Знаете, Диамара Григорьевна, а вообще-то имя Ваше звучит, точно как из книги «Мифы древней Греции». И мне, в общем, нравится. И в Вашем имени я слышу какую-то гордость и возвышенность.

– Спасибо тебе, Сашенька. Говори чаще всем людям добрые слова, увидишь, как жизнь твоя станет лучше.

Было это в восьмом классе школы, и английский Саша знал неплохо. Но прочесть названия статей на обложках журналов да ещё мельком – этого он не смог.

Возвращаясь взглядом к профессорской бородке доктора, Александр Иванович вспомнил, что на двери висит табличка «Доктор медицинских наук».

Ну конечно, он обязательно должен преподавать в приличном медицинском вузе. И несколько студенток в него почти влюблены.

– Итак, – Борис Михайлович очень внимательно прочёл все результаты обследований, результаты анализов, сроки и даты вакцинации от коронавируса.

– Александр Иванович! – обратился доктор к нему, глядя не поверх очков, а через чистейшие стёкла. – Ваши анализы и обследования говорят о том, что противопоказаний к операции, связанной с состоянием Вашей аденомы простаты, я не вижу, и это очень неплохо, батенька.

Операция наша с Вами пройдёт под полным наркозом. Из Ваших ответов при обследовании я вижу, что никаких аллергических реакций на препараты, используемые при наркозе, у Вас нет, тем более что наркоз Вы уже, батенька, проходили в кардиоотделении 21-й больницы при шунтировании. Ваша операция займёт 3—4 часа.