Изменение желаний

Сергея Ильича попрошу данные по последнему явлению, надо немного обдумать все это, кхе-кхе. кто-то же должен это делать! Ну-с, коллеги, думаю, что в ближайшее время у нас будет много работы, и, если мне не изменяет интуиция, много неожиданностей.

и он покинул капитанский мостик, оставив команду в легком недоумении.

***

– С добрым утром Алексей Иванович!

– Здрассте, так вот, – прошамкал уникальный пациент А. И. Абакумцев или Леха по-простому, хоть и было Лехе уже за пятьдесят.

Несомненно, мастер своего дела, а был он сварщиком, Алексей Иванович отличался веселым нравом, и считался компанейским парнем.

Круг его интересов и манера поведения были, правда, несколько необычными. Его специфическая речь, где к каждому предложению припаивалась фраза “понял вот так вот, дурак, кто не понимает”, частенько гремела над кружком любителей забить козла. Эти самые любители неоднократно пытались «прокатить» Леху в домино, но почти всегда безуспешно. Некоторые даже обвиняли Леху в связях с какими-то темными силами. В ответ на это маэстро только криво ухмылялся, демонстрируя зубы, не знающие зубной щетки.

Его тумбочка была завалена всевозможными журналами и газетами, показывающими необычайную широту интересов их хозяина. Из них он выцеживал кроссворды, сканворды и прочее, и лихо с ними расправлялся. Поделки из Огонька, Науки и жизни, и пр. его уже не интересовали. Последний рубеж борьбы проходил на уровне Лесной промышленности, Хирургии и чего-то из области не то геологии, не то археологии.

Но и они не выдерживали натиска сварного Лехи. Злые языки поговаривали о переходе Алексея Ивановича на работу с секретными кроссвордами, желательно на древних и мертвых языках.

– Как наши дела! – наступал на него со стетоскопом наперевес доктор Иван Прокопьевич, с какой-то трудно выговариваемой фамилией.

– А что дела, не дела, а делишки, лежи себе поплевывай, понял вот так.

– Разрешите вас послушать Алексей Иваныч, – елейным голосом пропел доктор.

– Хи-хи- хи, ха- ха- ха, – бывший сварщик ужасно боялся щекотки.

– Ну, что же все нормально, не появилось ли у вас желание снова полетать?– ловкие руки доктора что-то нащупывали, постукивали, поглаживали.

– Эта, можно, да только эта…

– Что такое, Алексей Иваныч? – поинтересовался доктор, кажется очнувшись от своих поисков.

– Эта, грамульку бы для храбрости и я бы хоть куда, – Алексей Иванович начал давно спланированную артподготовку.