Галерея людских слабостей

Слепо верить, что ты центр вселенной, и поэтому, если присмотреться, ты лучший прямоходящий индивид на планете Земля…

Хорошо быть юным!

Мы всё это вспомнили. И еще много разного. Так заболтались, что не заметили, как засиделись далеко за полночь. Я даже не увидел, кто и когда включил красивые канделябры. Может они сами зажигаются? Не знаю. Я хотел спросить, но не успел.

Часа в два ночи мы поджарили по паре отбивных и с удовольствием съели их, забыв про гастрит, изжогу и холестерин. Потом слушали группу «Битлз».

И от того, что музыка переплелась с нашей юностью, друг мой расчувствовался и, блестя слезами на глазах, поцеловал меня по-христиански в темечко.

– Мы будем встречаться каждый день! – добавил он под впечатлением от знакомого мотива.

Разве мы могли так поговорить, дегустируя коллекционные вина? Что нас ждало, если бы мы не прервали это скучное действо? Долгий, унылый разговор о виноградниках?

…Когда начало светать, я вдруг вспомнил, что скоро на работу.

– К черту работу! – сказал убежденно мой друг. – Мы так редко видимся!

При упоминании черта я вспомнил о шефе, поэтому сразу просветлев умом, заявил, что забастовка в лице двух особ отменяется и что надо искать выход из положения. Прямо из-за стола уезжать на работу я не привык.

– Тогда поспим пару часиков, – нашел мудрый выход из сложившейся ситуации мой отяжелевший друг. И сразу сник, помрачнел, обмяк и постарел на четверть века.

Неужели возраст не есть величина постоянная? Сегодня тебе с утра 50, а к вечеру вдруг «стукнет» 20, а завтра в какой-то момент ты почувствуешь себя на все 80…

Спали мы в гостиной вдвоем.

Диван долго не хотел раздвигаться, мой друг отчаянно ругал его и тех, кто его придумал, порывался спать рядом на гранитном полу. Но мне стало стыдно, что хозяину будет некомфортно, я проявил упорство, и мы всё-таки с трудом заставили его поместить нас обоих. Заснули в обнимку, нос к носу.

«Ну и черт с ним, что он полюбил вино! – подумал я, засыпая.

 – Главное, мы остались близки друг другу!»

Я надеялся, что мне приснится куча райских снов, но спали мы, как показалось, одну секунду, и я ничего не успел увидеть.

Наутро мой друг затейливых слов не произносил. Был немногословен. Больше вздыхал. Он приготовил на тостере пару бутербродов, сварил по чашке кофе. Выглядел более старым, чем вчера.

Позавтракав, я почувствовал легкость на душе, как будто заново родился.