С Фимой по жизни. Часть 5. Попутчики

Он сопел, пыхтел, издавал ещё какие-то звуки и в результате послал на консультацию к эндокринологу, сообщив при этом, что у меня очень маленький и  плохо развитый плод. Как он это определил, не знаю, но  к эндокринологу я пошла.

Этот, напротив, был молод и энергичен, на больных не смотрел и ездил по кабинету на офисном кресле. Велел мне лечь и оголить шею, что я и сделала. Подъехав ко мне, смачно намазал меня гелем и начал изучать мою щитовидку. Потом (так же молча) откатился к столу и стал что-то писать в карточке, не поворачиваясь, спросил: «А на что собственно жалуемся?».

«Да ни на что, просто я на восьмом месяце беременности и  терапевт из женской консультации прислал провериться». Вот тут он в первый раз посмотрел на меня: «На каком месяце?» А надо вам сказать, что я всегда была девушкой крупных форм и беременность моя так удобно расположилась на моём обширном теле, что практически не была заметна. Доктор деликатно сплюнул и видимо  мысленно выругался, порвал все бумажки, которые написал до этого и послал меня домой, сказав, что очень он хотел бы посмотреть в глаза тому терапевту, который меня сюда прислал.

Приближался час икс, я  с самого начала знала, что мне будут делать кесарево сечение, потому пришла сдаваться заранее. Ничего не боялась, только хотела поскорее  увидеть того, кто так усиленно и настойчиво толкал меня изнутри последние пять месяцев.

Нас было двое на плановое кесарево,  я была первой.  Моя соседка по палате ждала вторую девочку и волновалась только о том, чтобы ей сделали специальную манипуляцию по перевязке труб,  потому как больше двоих детей она не хотела.

Меня привезли в операционную рано. Врачей ещё не было, и медсестра гудела: «Вот, не могли подождать,  мы ещё  не готовы, а роженица уже на столе». Пришли врачи, мне поставили укол, и я стала слышать всё как в трубу.  Сначала они ходили мимо меня, а меня била нервная дрожь, потом меня накрыли зелёными простынями с дырками, и я успокоилась.

«Ой, какая большая!», – глядя на меня, сказала одна из врачей, а другая ей ответила: «Ну и, слава богу, а то в  этих мелких надоело ковыряться, то ли дело тут – есть, где разгуляться». Последнее, что услышала, прежде чем окончательно провалиться в наркоз: «А ты знаешь кто вторая? Ленка из нашего овощного.