Без берегов

Прими назад душу ангела своего не рожденного, не судьба ему видно пока света белого увидеть. А теперь еще и война проклятая пришла на нашу землю, сколько ж душ то невинных пострадает.

трактористы

До Советской власти, кулаками, торговцами, перекупщиками кишело, как тараканами в крестьянских избах. Там их было все черным черно, не отмыть не отскоблить. Их сметали в посуду и заливали кипятком. Советская власть начала прижимать кулаков, они тайно арендуют землю, батраков стали держать меньше.

До революции, до 20 батраков было в каждом хозяйстве.

Теперь осторожничали, выдавая их за родственников. Стали образовываться колхозы гиганты, которые начали распадаться на мелкие. Люди хотели работать сообща, в колхозах.

Стали появляться трактора. Кулаки вредили, как могли, боролись с колхозами и трактористами, обливали их керосином, ломали, топили технику, убивали активистов. Появились артели, по совместной обработке земли. Народ потянулся в колхоз.

Пять с лишнем лет отработала Тася на богачей. Война все больше мужчин забирала на фронт.

В селе оставались женщины, старики, дети и подростки. Открылись вечерние курсы трактористов. Тася пошла днем работать на почту письмоносцем, а вечером ходила на курсы. Вся молодежь пошла на курсы трактористов. Пришли новые трактора, девчата и парни взялись за работу. Когда в первый раз Тася пришла домой с работы, ее не узнали дети.

– Ой нянька! Какая ты черная вся, ты как будто в земле ковырялась головой. Все свободные поля изрезали на балки. Пахали и днем, и ночью, ночью светили фонарями, чтобы не упасть в обрыв.

Строили полевые станы, там отдыхала одна смена, пока другие работали

Молодежь работала с задором, бригады соревновались. Пахали землю и в дождь, и в снег, пока земля совсем не замерзала. Пахали так, что с ног валились, хоть и молодые, а что делать, всем нужен хлеб. Не выдерживала техника, приходилось ее ремонтировать прямо в поле, не хватало горючего. Трактористам выделили хорошую денежную премию в благодарность, выделили продукты.

Маша плакала от радости обнимала и целовала дочь.

– Таюша, дочка, кормилица наша, что бы мы без тебя делали, давно бы уже с голоду померли. Ты нам заменила умершего отца. Про нее в селе говорили:

– Отчаянная девка. Повезло тебе Машка с дочкой. Ей нужно было парнем родиться, она берегов не видит. Мужская и женская работа, ей все по плечу. Не девка, а мужик в юбке. Хотя уже и не в юбке. Трактористам выдали синие комбинезоны, хотя они уже давно были не синие.