Искусство фуги / The Art of the Fugue

Но факт в том, что несколько лет тому назад наш отец влюбился в девушку-подростка по имени Джульетта[1 - Подробности в пьесах «Верона», «Руны» и «Новый Год в пансионе «Цветы». Джульетту девушка играла, а звали ее Вонни Вольф.], когда работал режиссером в театре «Одесса», где ставил спектакль по одной из самых успешных пьес мистера Шекспира про молодежь, девушку, которая потом убила собственного отца и вышла сухой из воды, да еще родила ребенка вне брака, и он…

ДЖЕЙМИ. Эндрю, заткнись.

ЭНДРЮ. Ты собираешься заставить меня? Потому что я хочу посмотреть, как у тебя это получится.

Фелиция, ты же не хочешь смотреть, как мой брат Джейми затыкает мне рот?

ФЕЛИЦИЯ. Позволь об этом подумать.

ДЖЕЙН. Просто прекрати. Мама тебя услышит.

ЭНДРЮ. Да, не дай Бог, мама услышит правду, озвученную наконец-то в этом доме. Какая это будет катастрофа. Джейн. Фелиция. Я приветствую вас в самом начале великой карьеры, турне в страну чудес, как вас ждет множество претензионных, лицемерных и убийственных вонючих ям, которых на европейском континенте в избытке.

Я надеюсь, вы, и мистер Фибоначчи, и его усы проведете вместе самое счастливое время, которое случалось после Крымской войны.

(Спускается по ступеням, уходит в тень на авансцене, садится, пьет из фляжки).

ДЖЕЙН. Извини, Фелиция, Эндрю сам не свой после войны. Да еще смерть отца. Он все еще ищет себя.

ФЕЛИЦИЯ. Вообще-то мне нравится мужчина с демонами внутри. Главное, чтобы у него не было усов. Никогда не доверяй усатому мужчине. Я не могу избавиться от ощущения, что усы попытаются забраться мне в рот.

Я с трудом подавляю желание протянуть руку и сорвать усы с лица мистера Фибоначчи. Он, вероятно, облопошит нас. Он же итальянец. Но какая разница, если мы попадем в Париж?

ДЖЕЙН. Мне лучше поговорить с Эндрю. На самом деле, он не такой ужасный, каким кажется.

(Идет к ЭНДРЮ садится в тенях. Стрекочут цикады).

ФЕЛИЦИЯ. Он, вероятно, более ужасный, чем кажется. Мужчины обычно такие.

ДЖЕЙМИ. Никого нет такого ужасного, каким кажется Эндрю.

Он не всегда был таким плохим.

ФЕЛИЦИЯ. Полагаю, пережить это невозможно. Отец, наложивший на себя руки. Но, с другой стороны, ничего пережить нельзя. Я бы хотела, чтобы это был мой отец. Но, печальная история, он уже мертв. Это ужасно, говорить такое. Но я ужасная личность.

ДЖЕЙМИ. Никакая ты не ужасная.

ФЕЛИЦИЯ. Я надеюсь, не станешь ты одним из этих несносных мужчин, которые испытывают неодолимое желание противоречить мне во всем.