Оранжевый город. Рассказы

Раньше его романы развивались по весьма типичному сценарию: третье-четвёртое свидание заканчивалось поцелуем, от недели до месяца проходило до первого секса (либо размолвки на почве нежелания девушки вступать в интимные отношения), после чего месяц-два – и следовал разрыв, после чего всё начиналось сначала, со следующей. Опытов у него было уже шесть.

А тут всё было иначе. Первые два месяца, стабильно встречаясь по два-три раза в неделю, они разговаривали – и только. Илью это злило – а сильнее всего его злило то, что он не мог ничего изменить.

Даже если он думал о том, чтобы решительно взять инициативу в свои руки и перевести сложившуюся дружбу в иное русло – встретив Машу, он терял голову и забывал все свои мысли на сей счет.

– А ты любишь классику? – спросила девушка, услышав от него презрительный комментарий об услышанной на телефоне проходившего мимо подростка попсовой мелодии.

– Да. В симфоническом архиве есть мелодии на все случаи жизни. Под любое настроение своя найдётся.

– Ты слышал немрачного Листа? – нетерпеливо перебила Маша.

Взгляду Ильи позавидовал бы любой театральный актёр. Он совсем не ожидал от современной девушки, да ещё и красивой, что она разделит его любовь к музыке. Увы, многие в наши дни имеют в голове неправильный образ красивой девушки. Увы, большинство красивых девушек этому неправильному образу соответствуют.

Тем дороже бывает для счастливчика та, которая отличается. Но не все ценят такое счастье.

– Нет. Я привык считать его величественным и мрачным.

– Я тоже, но недавно наткнулась на обратный образчик. Не могу сказать, чтобы весёлый, но по крайней мере точно не мрачный.

– Под грустное настроение Лист всегда хорошо идёт. Пробирает.

– Я не люблю грустить, поэтому и Листа стараюсь не слушать. Но я просто без ума от Вивальди!

Она удержалась от напрашивавшегося добавления: «Нет, я слышала не только „Времена года“!»

– В поисках позитива, я бы предпочёл Штраусса.

– Оперетты?

– И их тоже. Но у Штраусса замечательные вальсы и польки и без оперетт.

– Согласна. Ну а как ты вообще относишься к оперетте?

– Положительно. Как и ко всякой весёлой музыке.

– Не ко всякой, – лукаво улыбнулась Маша. – Я только что своими ушами слышала, как ты относишься к попсе.

Илья тоже улыбнулся, признавая её правоту. Эта девушка с каждым днём нравилась ему всё больше. Они были похожи друг на друга.

Но время шло, и таинственные дела Маши стали интересовать Илью.