Оранжевый город. Рассказы

И вдруг в памяти возникли несколько неясных образов, связанных с этой вычурной церковью. Чуть больше двадцати лет назад, когда церковь только начинала восстанавливаться после советских лет, маленькую Машу привели сюда и крестили. Она не могла этого помнить, а неясные картинки, скорее всего, относятся к наведённым воспоминаниям, но в то время окрестные жители действительно старались крестить детей в единственной в округе церкви. После развала Союза все вдруг в одночасье стали верующими…

Что уж говорить, образ верующей проститутки для Петербурга совсем не чужой! Хотя, разумеется, проходя Достоевского в школе, Маша вместе с другими учениками смеялась над этим сочетанием и видела в образе Сони Мармеладовой что-то нереальное.

А уж про далёкую от нас нынешних Марию Магдалину, которая помимо обстоятельств делила с нашей героиней ещё и имя, Маша скорее всего вообще не помнила. По счастью, в её школьные годы предмета «Основы православной культуры» ещё не изобрели.

Не задумываясь ни о чём, девушка вошла в церковь.

На ней было платье, достаточно короткое для недовольства местных бабушек, к тому же не закрывающее плечи, и не было головного убора. Тем не менее, Маша вошла внутрь.

– Девушка, платочек оденьте, пожалуйста, – вежливо указала ей пожилая женщина, сидящая у двери. Платки у входа просто лежали, ожидая посетителей. Здесь никто не считал, что о своём внешнем виде должны заботиться сами посетительницы.

Повязав на голову платок, Маша вызвала непроизвольную улыбку у той же самой женщины.

Та поднялась со своего стульчика и подошла к девушке, чтобы показать, как следует его завязывать.

– Спасибо, – Маша покраснела, как школьница.

– Проходи, дорогая, не бойся…

А чего, собственно, бояться? Что Бог увидит её с неба и прихлопнет прямо тут, в церкви? Или чего ещё?

Собственного стыда, поняла Маша. Именно его она на самом деле и боялась. И старушка это ясно видела.

Наверняка, она была далеко не первая такая заблудшая душа, которая пришла сюда в поисках гармонии.

Ведь религия – это не только опиум для народа, это ещё и вера; вера людей в высшую справедливость, которой, конечно, нет, но это не значит, что верить в неё плохо. Совсем даже наоборот. Многие великие открытия совершались людьми, которые не знали, что совершить их невозможно…

Выходя из церкви, Маша бережно повесила платок на место и горячо поблагодарила старушку при входе.

– Я ведь совсем неподобающе одета, правда? – спросила она.