Вначале было слово

Через неё ты пропускаешь все свои мысли, и он отвечает тебе из глубины её. Вот почему так страшно, когда там находит себе пристанище Сатана. Он не уничтожает Господа, ибо не может этого сделать, но он закрывает Его частичку от тебя. Он, как туманом, заполняет твою душу, не давая возможности найти правильный путь к Господу. Но ведь, даже творя зло, человек чувствует, что Господь есть в душе его, ибо страшится справедливого суда Его и знает, что он наступит.

– Я не боюсь суда, святой отец. Я ничего не боюсь.

– Это свойственно молодости.

Но ведь ты же ходишь в церковь, и молишься Господу нашему Иисусу Христу?

– Хожу… – было слышно, что он сказал это с горькой усмешкой.

– Значит, сердцу твоему нужен отклик и сострадание, сын мой.

– Не думаю… – спокойно ответил молодой человек. – Но Господь видит мои поступки и радуется им, если они приносят мне радость. Так, святой отец?

– Конечно. Но и разбойник радуется, когда грабит и убивает людей на дороге. Радуется ли Господь вместе с ним? Конечно, нет.

– Хорошо, но, если разбойник не грабит на дороге и не радуется чужому горю, а продолжает оставаться крестьянином и страдать всю свою жизнь от того, что ему приходится сносить камни со склонов и заносить туда землю, чтобы вырастить хлеб, а хлеба не хватает, и его дети умирают, а жена превращается в старуху – разве это счастье? Не есть ли смерть его детей и жены сродни смерти тех, кого он грабит на дороге?

– Счастлив ли он, сын мой? Сыт – да, одет, обут – да. Но счастье ли это?

– Но ведь рано или поздно разбойник погибнет и от него ничего не останется, как и от того труда, которым он, как крестьянин, жил бы, возделывая горные склоны для хлеба.

Но у разбойника могут остаться сытыми и живыми дети и жена, а у того, кто возделывает землю, нет. Знаю, страдания ниспосланы нам свыше, чтобы проверить души наши. Но разве для горя и страдания создал нас Господь? И если я хочу быть счастлив здесь и сегодня, я должен делать то, что мне доставляет удовольствие.

– Не всякий короткий путь правилен.

Этот путь порочен, сын мой, ибо дьявол всегда ждёт нас на пути быстрых наслаждений. Ты можешь убить много людей, но станешь ли ты счастлив? Ведь горе их будет висеть тяжким грехом на тебе в день Страшного Суда.

– Да, я думал над этим. Значит, Великий Александр Македонский, Гай Юлий Цезарь и все римские императоры тоже великие грешники? А наш король Хуан тоже? Ведь он убил немало неверных, как, впрочем, и истинных католиков.